Методический журнал
Международные банковские операции

Вступление в силу 1 марта Инструкции № 181-И стало первым шагом к либерализации валютного регулирования. По официальным комментариям Банка России и министерств, в будущем нас ждут дальнейшие послабления, в частности для экспортеров. Однако, скорее всего, это будет уже в следующем году, а в уходящем году Банк России решил произвести первую «вычистку» Инструкции № 181-И и синхронизировать ее с последними изменениями в Законе № 173-ФЗ. Результатом стало вступление 20 ноября в силу Указания № 4855-У3. Что изменилось в порядке учета контракта?

Одним из наиболее сложных вопросов в практике применения Закона № 173-ФЗ является зачет встречных требований по обязательствам между резидентами и нерезидентами. Несмотря на тот факт, что зачет не предполагает осуществления денежных расчетов и, соответственно, не является валютной операцией, в большинстве случаев проведение зачета запрещено валютным законодательством. В настоящей статье будут рассмотрены случаи, когда проведение сделки зачета встречных однородных требований может привести к нарушению валютного законодательства и когда сделки зачета не будут противоречить требованиям Закона № 173-ФЗ.

Инструкция № 181-И вместе с уточняющим Указанием от 05.07.2018 № 4855-У перераспределяет нагрузку в части валютного контроля с резидентов на уполномоченные банки, на которые ложится обязанность проверять первичные внешнеторговые контракты и операции резидентов. Альтернатива увеличению штата — автоматизация процессов валютного контроля, при этом полную автоматизацию проводить необязательно. Какие процессы автоматизировать в первую очередь? Как уменьшить число ошибок в автоматизированных процессах? Как реализовать систему жестких и мягких автоконтролей?

В течение последних нескольких лет глобальная инфраструктура платежного рынка стремительно меняется: появляются новые игроки, технологии, сервисы, оптимизируются процессы. О том, какую роль в этих изменениях играет традиционный участник платежного рынка — SWIFT, что его новые сервисы предлагают пользователям, какие задачи в настоящее время решает Российская национальная ассоциация SWIFT (РОССВИФТ) и чем SIBOS 2018 запомнился его участникам, мы поговорили с председателем Национальной группы пользователей SWIFT Алексеем Масловым.

Global Payments Innovation (GPI) — это инициатива SWIFT по оптимизации трансграничных денежных переводов, которые осуществляются в сети SWIFT, и повышению их эффективности для корпоративных клиентов финансовых организаций. Как новая система решает актуальные для корпоративных переводов проблемы скорости, отслеживания движения денежных средств и прозрачности информации?

Идея выдачи коносамента при помощи пары кликов на компьютере выглядит заманчиво и на первый взгляд позволяет значительно упростить документооборот между участниками ВЭД, избежать рисков, связанных с подделкой бумажных коносаментов, мошенничеством, задержками вследствие необходимости «физической» передачи коносаментов и иными неудобствами. Однако возможно ли это с точки зрения российского права? С какими проблемами придется столкнуться банкам, принимающим такие электронные документы для перевода денежных средств отправителю в соответствии с инструкциями получателя?

Проверка документов по аккредитиву — один из наиболее сложных этапов работы с этим документарным инструментом. От того, какое решение о соответствии документов условиям аккредитива примет банк, зависит факт платежа. Принимать ли в расчет при проверке документов опечатки и орфографические ошибки? Как развивалась практика рассмотрения споров при выявлении расхождений? Как влияет принцип строгого соответствия на процесс и результат проверки документов?

На международном форуме ПФИ 20181 первый зампред Банка России Сергей Швецов высказал идею о том, что 2019 год может быть объявлен годом процентных деривативов. Но чтобы претворить эти надежды в жизнь, необходимо решить ряд проблем. Почему в России развиты товарные и валютные деривативы, но практически нет процентных деривативов? Что может способствовать преодолению проблем и служить предпосылками роста рынка?

Способен ли российский банк обеспечить конфиденциальность сведений о своих клиентах на высоком международном уровне? Какие подводные камни готовят на этом пути российское законодательство и судебная практика? Данная статья поможет разобраться, какие же требования раскрыть банковскую тайну действительно являются обоснованными и как защититься от незаконных требований судов.

В процессе взыскания долгов с юридических и физических лиц, активы которых находятся за рубежом, российские банки нередко принимают решение инициировать трансграничное судебное разбирательство. Также они могут быть втянуты в такое разбирательство по инициативе сторон спора. Какие процедуры необходимы для защиты интересов банка в случае возникновения комплексного трансграничного спора и позволяют не только правильно управлять процессом, но и повысить шансы на успех?