Издания и мероприятия для банковских специалистов:
 
Методический журнал
Юридическая и правовая работа в страховании
Описание изданияСвежий номер Архив Приобрести/Подписаться
Выходит один раз в квартал.
Объем 96 с. Формат А4.
Издается с 2005 г.
 
 
 

Несколько проблемных вопросов по страхованию ответственности оценщиков

Размещено на сайте 27.02.2008
В статье рассматриваются правовые проблемы, возникающие в страховании ответственности оценщиков из-за несовершенства, внутренних противоречий и пробелов регулирования этого вопроса в Федеральном законе «Об оценочной деятельности в Российской Федерации». Попытки регулирования договора страхования в отраслевом законе приводят к серьезным трудностям на практике.
 
А.П. Лебединов,
заместитель директора
Центра страховых программ ОАО «РОСНО»

В последнее время стало привычным, что появление законодательных новаций в отношении страхования ответственности при осуществлении какого-либо вида деятельности сопровождается немалым количеством разнообразных (подчас недоуменных) вопросов. Так было, в частности, в отношении страхования ответственности туроператоров, адвокатов, ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по государственным (муниципальным) контрактам. Схожая ситуация имеет место и в области страхования ответственности оценщиков. На определенные вопросы в отношении указанного страхования в ряде публикаций 2007 года уже обращалось внимание. Но ряд моментов, как нам представляется, остался незатронутым и не прокомментированным. Именно на них хотелось бы остановиться в рамках настоящей статьи.

В соответствии со статьей 10 «Обязательные требования к договору на проведение оценки» Федерального закона от 29 августа 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об оценочной деятельности) «договор на проведение оценки должен содержать: …указание на размер, порядок и основания наступления дополнительной ответственности по отношению к ответственности, установленной гражданским законодательством и статьей 24.6 настоящего Федерального закона, оценщика или юридического лица, с которым оценщик заключил трудовой договор».

При этом сразу же хочется обратить внимание на два обстоятельства.

1. Эта самая дополнительная ответственность по отношению к ответственности, установленной гражданским законодательством, вытекающая исключительно из условий и положений договора на проведение оценки, уж точно с полным основанием может быть отнесена к пресловутой «договорной» ответственности.

2. Почему именно законодатель требует, чтобы ответственность оценщика не ограничивалась «стандартным» уровнем, предусмотренным действующим законодательством, и в договоре на проведение оценки обязательно присутствовала некая дополнительная ответственность?

Интересно посмотреть, каким образом указанное требование статьи 10 данного законодательного акта реализуется в условиях типовых договоров на проведение оценки (при осуществлении страхования типовой договор на проведение оценки, как правило, является приложением к заявлению о страховании ответственности при осуществлении оценочной деятельности).

Чаще всего в подобных договорах в разделе «Ответственность сторон» присутствует следующая фраза: «За неисполнение или ненадлежащее исполнение взятых на себя обязанностей по настоящему Договору (договору о проведении оценочных работ) Стороны несут ответственность в соответствии с законодательством РФ». Этим весь раздел обычно и ограничивается.

В одном из типовых договоров нам встретилось следующее положение: «Исполнитель (юридическое лицо) в соответствии с абзацем 1 статьи 24.6 Федерального закона от 29 июля 2007 г. № 135-ФЗ полностью принимает на себя ответственность за возмещение убытков, причиненных Заказчику, или имущественный вред, причиненный третьим лицам, вследствие использования итоговой величины рыночной стоимости объекта оценки, указанной в отчете, составленном и подписанном Оценщиком во исполнение настоящего Договора. Стороны по настоящему Договору определили, что Исполнитель по настоящему Договору несет ответственность в соответствии с законодательством РФ и статьей 24.6 Федерального закона, указанного выше, в связи с чем размер, порядок и основания наступления дополнительной ответственности отсутствуют».

Среди типовых договоров о проведении оценки, с которыми нам довелось ознакомиться, так и не встретился такой, в котором была бы раскрыта эта загадочная дополнительная ответственность оценщика, ее размер, порядок и основания наступления. Если подходить формально, то отсутствие в договоре о проведении оценки соответствующего положения, как представляется, вступает в противоречие с требованиями статьи 10 Закона об оценочной деятельности.

Невозможно пройти мимо формулировок статьи 24.6 «Обеспечение имущественной ответственности при осуществлении оценочной деятельности» данного законодательного акта: «Убытки, причиненные заказчику, заключившему договор на проведение оценки, или имущественный вред, причиненный третьим лицам вследствие использования итоговой величины рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанной в отчете, подписанном оценщиком или оценщиками, подлежат возмещению в полном объеме за счет имущества оценщика или оценщиков, причинивших своими действиями (бездействием) убытки или имущественный вред при осуществлении оценочной деятельности, или за счет имущества юридического лица, с которым оценщик заключил трудовой договор.

Юридическое лицо, с которым оценщик заключил трудовой договор, может указать в договоре на проведение оценки условия принятия на себя обязательства по дополнительному обеспечению обязанности оценщика возместить убытки, причиненные заказчику, заключившему договор на проведение оценки, или имущественный вред, причиненный третьим лицам».

Предположим, что у заказчика оценки или у третьих лиц возникли какие-либо убытки в связи с обнаружившимися недостатками проведенной оценки. Кому указанные лица могут предъявить претензию о возмещении понесенных ими убытков? Судя по формулировке первого абзаца статьи 24.6 (союз «или»), претензия по выбору лица, которое понесло убытки, может быть предъявлена либо специалисту-оценщику (физическому лицу), либо юридическому лицу, заключившему в качестве исполнителя от своего имени договор с заказчиком о проведении оценки. Из первого абзаца указанной статьи не ясно, кого именно законодатель в данном случае определил в качестве основного должника (специалиста-оценщика или его работодателя – юридическое лицо). Из него вытекает только то, что оба являются должниками перед заказчиком оценки и (или) иными третьими лицами в случае ненадлежащего ее проведения.

Из конструкции же второго абзаца указанной статьи, как представляется, можно понять, что основным должником законодатель определил все-таки специалиста-оценщика (физическое лицо), а его работодатель лишь может указать в договоре на проведение оценки условия принятия на себя обязательства по дополнительному обеспечению обязанности оценщика возместить убытки. То есть может указать, а может и не указать. Эта свобода выбора, как мы считаем, вступает в противоречие с положением статьи 10 Закона об оценочной деятельности, прокомментированным выше, в котором указано, что договор на проведение оценки должен содержать указание на размер, порядок и основания наступления дополнительной ответственности.

Как представляется, еще одним подтверждением намерения законодателя установить в качестве основного должника именно специалиста-оценщика, по-видимому, может считаться положение статьи 24.7 указанного законодательного акта, возлагающей обязанность страховать свою ответственность не на юридическое лицо, заключающее от своего имени договор с заказчиком о проведении оценки, а на физическое лицо – специалиста-оценщика, работающего в штате этого юридического лица по трудовому договору.

Однако, пытаясь принять точку зрения, согласно которой основным должником следует считать специалиста-оценщика, неизбежно сталкиваешься с тем, что это:

  • явным образом противоречило бы статье 402 ГК РФ, согласно которой «действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника. Должник отвечает за эти действия, если они повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства»;
  • а также противоречило бы статье 1068 ГК РФ, устанавливающей, что «юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей».

Еще несколько обстоятельств, которые необходимо отметить.

В соответствии с абзацем 2 статьи 24.7 Закона об оценочной деятельности «страховым случаем является установленный вступившим в законную силу решением арбитражного суда или признанный страховщиком факт причинения ущерба действиями (бездействием) оценщика…». В этой связи, во-первых, необходимо в очередной раз отметить недостаточную корректность приведенной формулировки: далеко не всегда при страховании ответственности само по себе причинение ущерба вследствие действий страхователя влечет за собой необходимость выплаты страхового возмещения. Как правило, в том числе и применительно к страхованию ответственности оценщиков существует немалое количество исключений из страхового покрытия (думаем, будет достаточно сослаться хотя бы на то, что не покрываются умышленные действия страхователя). А в соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» «страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату…».

Во-вторых, почему факт причинения ущерба действиями оценщика может устанавливаться решениями только арбитражного суда? А если дело о причинении ущерба рассматривалось в силу подведомственности споров, например, в суде общей юрисдикции, то вынесенное им решение не будет считаться основанием для признания события страховым случаем?

В третьих, абзац 2 статьи 24.7 Закона об оценочной деятельности предусматривает возможность внесудебного (досудебного) урегулирования убытков по договору страхования ответственности оценщиков. Однако абзац 3 той же самой статьи устанавливает, что «в случае наступления страхового случая страховщик производит страховую выплату в размере причиненного заказчику и (или) третьему лицу реального ущерба, установленном вступившим в законную силу решением арбитражного суда, но не более чем в размере страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности». То есть возможность внесудебного (досудебного) урегулирования убытков, предусматриваемая предыдущим абзацем той же самой статьи, последующим абзацем полностью выхолащивается.

Как будет на практике работать механизм обязательного страхования ответственности специалиста-оценщика (физического лица), до сих пор не очень понятно. Мы не имеем в виду этап оформления договора страхования. На этом этапе как раз никаких сложностей не возникает. Подобных договоров на сегодняшний день уже заключены сотни. Вопрос в том, как указанное страхование будет практически работать: кому и на основании чего будет предъявляться претензия со стороны лица, понесшего убытки в результате недостатков проведенной оценки, по каким основаниям будет устанавливаться ответственность лица, которому такая претензия будет предъявлена? Вызывает большие сомнения, что подобная претензия может быть сразу предъявлена непосредственно специалисту-оценщику, работающему по трудовому договору. Он не является стороной договора о проведении оценки – на сегодняшний день он всего лишь декларативно объявлен «субъектом оценочной деятельности».

Эти и подобные им вопросы, естественно, волнуют и заботят представителей оценочного сообщества, которые, без сомнений, видят и ощущают определенную противоречивость действующего законодательства в отношении оценочной деятельности, задают себе вопросы и пытаются найти на них убедительные ответы. К сожалению, не всегда предпринимаемые попытки дать такие ответы выглядят убедительно.

Однажды нам довелось столкнуться со следующей интерпретацией ответственности оценщиков и работы механизма обязательного страхования их ответственности, озвученной на достаточно высоком уровне оценочного сообщества.

Лицо, у которого возникнут убытки в результате ненадлежащего проведения оценки (например, заказчика проведенной оценки), подает претензию об их возмещении юридическому лицу (оценочной организации), с которым заказчик оценки заключал договор. Указанное юридическое лицо, получив такую претензию, адресует ее работающим у него по трудовым договорам специалистам-оценщикам, которые непосредственно осуществляли работу по проведению данной оценки и подписали соответствующий отчет, как это предусмотрено статьей 11 Закона об оценочной деятельности. Специалисты-оценщики, в свою очередь, обращаются к страховщику, с которым они заключили договор обязательного страхования своей ответственности, с требованием о выплате страхового возмещения. По сути, в соответствии с такой интерпретацией получалось бы, что специалисты-оценщики страховали свою ответственность перед своим работодателем (которому в результате допущенных ими ошибок (небрежности, упущений) предъявлена имущественная претензия со стороны заказчика оценки или третьих лиц), что на самом деле никак не соответствует содержанию договора обязательного страхования ответственности специалиста-оценщика.

Кроме того, если принять точку зрения о приоритетной ответственности специалиста-оценщика (и посмотреть на данный вопрос в целом с другой стороны), то любое юридическое лицо, приняв на работу нескольких специалистов-оценщиков по трудовым договорам, могло бы тем самым организовать вообще беспрецедентный бизнес, заключая от своего имени с заказчиками договоры на проведение оценок и при этом ни за что не отвечая, ссылаясь на статью 4 Закона об оценочной деятельности, согласно которой оно вообще не является субъектом оценочной деятельности (парадоксально: организация оценочную деятельность ведет, но субъектом этой деятельности не является). Субъектами же оценочной деятельности являются специалисты-оценщики.

Статья 11 рассматриваемого законодательного акта содержит интересное (и созвучное уже приведенным рассуждениям) положение, которое также невозможно не отметить: «Отчет (о проведении оценки) должен быть… подписан оценщиком или оценщиками, которые провели оценку, а также скреплен личной печатью оценщика или печатью юридического лица, с которым оценщик или оценщики заключили трудовой договор». То есть получается, что юридическое лицо, заключившее от своего имени договор о проведении оценки, выполнив предусмотренную работу и подготовив соответствующий отчет, совсем не обязано его подписывать от своего имени, а всего лишь может это сделать, если захочет. А если не захочет, то под этим отчетом будут стоять только подписи специалистов-оценщиков, работающих по трудовому договору и, возможно, не имеющих никаких полномочий выступать от имени своего работодателя.

Обращает на себя внимание то, что в рамках статьи 24.6 Закона об оценочной деятельности одновременно используются понятия «убытки, причиненные заказчику, заключившему договор на проведение оценки» и «имущественный вред, причиненный третьим лицам вследствие использования итоговой величины стоимости объекта, указанной в отчете» об оценке. Как правило, слова об имущественном вреде (применительно к страхованию ответственности) ассоциируются со страхованием ответственности за причинение вреда. В то же время слова об убытках, причиненных заказчику, – со страхованием ответственности по договору.

Может быть, поэтому несколько раз на практике при проведении переговоров доводилось сталкиваться со следующими вопросами оценщиков – потенциальных страхователей: «Мы обращались в различные страховые компании. Одни нам сказали, что страхуют договорную ответственность оценщиков, а другие сказали, что – деликтную. А вы какую именно ответственность оценщиков страхуете, заключая типовые договоры на основе своих правил страхования?». Но мы не занимаемся противопоставлением ответственности, которую страхуем, той, которая у оценщика может возникнуть. Какая может возникнуть (перед заказчиком оценки или иными третьими лицами) – та и является объектом нашего страхования ответственности оценщиков.

Здесь мы вновь сталкиваемся со старым, но, по нашему мнению, так до конца, к сожалению, убедительно и не проясненным вопросом о проведении четкой грани между этими понятиями. Даже в данном конкретном законе, говоря о последствиях ненадлежащим образом проведенной оценки (то есть ненадлежащем исполнении обязательств в рамках договора), законодатель использует, в частности, термин «имущественный вред». Может быть, терминологию данного закона (ст. 24.6) следует понимать так, что заказчику оценки (являющемуся стороной по договору) причиняются убытки, а иным третьим лицам (такой стороной не являющимся) – имущественный вред? Хотя выражаются эти убытки (имущественный вред), по своей сути, в одном и том же.

Если говорить об установленной в договоре на проведение оценки «дополнительной ответственности по отношению к ответственности, установленной гражданским законодательством и статьей 24.6 настоящего Федерального закона» (о которой идет речь в ст. 10 Закона об оценочной деятельности), то, по-видимому, как уже отмечено выше, это точно ответственность за нарушение договора.

К этой же ответственности, наверное, следует отнести и ответственность юридического лица, заключившего договор о проведении оценки, перед заказчиком этой оценки.

А какой будет ответственность оценщиков перед третьими лицами, не являющимися стороной договора о проведении оценки (не состоящими со страхователем в каких-либо договорных отношениях), но у которых также могли возникнуть убытки в связи с ненадлежащим образом проведенной оценкой, в любом случае выполнявшейся страхователем на основании договора с заказчиком о проведении оценки? По-видимому, логичнее считать ответственность перед ними деликтной.

А как быть с ответственностью специалиста-оценщика, работающего по трудовому договору со своим работодателем, перед заказчиком оценки и иными третьими лицами? Ни с кем из этих лиц в договорных отношениях специалист-оценщик не состоит. При этом, исполняя свои служебные обязанности, он работает над выполнением именно договора о проведении оценки, заключенного его работодателем. В этом смысле причиной причинения имущественного ущерба заказчику и иным третьим лицам является, в конечном итоге, ненадлежащее проведение оценки, то есть ненадлежащее исполнение обязанностей по договору о проведении оценки.

Пожалуй, один из принципиальных и основных на сегодняшний день вопросов в отношении страхования ответственности оценщиков заключается в следующем: может ли специалист-оценщик, работающий по трудовому договору, нести ответственность перед заказчиком оценки и (или) иными третьими лицами за ненадлежащее проведение этой оценки (да еще при этом в качестве основного должника), если он вообще не является стороной по договору о проведении оценки?

По этому вопросу доводилось слышать (и от представителей оценочного сообщества, и от страховщиков) только одно: «Да, может, так как именно специалист-оценщик (физическое лицо) в статье 4 Закона об оценочной деятельности объявлен «субъектом оценочной деятельности», а в статье 24.6 указано, что «убытки… подлежат возмещению в полном объеме за счет имущества оценщика…». Как будто бы теперь из всего правового поля России к сфере оценочной деятельности может и должен применяться только указанный закон. Подобная позиция представляется нам весьма неубедительной.

Полагаем, что окончательные выводы по затронутым в данной статье вопросам делать пока рано – намерение законодателя из совокупного восприятия ряда положений указанного закона просматривается, но воплощено оно в каких-то противоречивых и не очень убедительных новеллах, во многом, как представляется, противоречащих ряду положений ГК РФ. А судебной практики в отношении применения норм указанного законодательного акта в его новой редакции пока еще не сформировалось.

 
 
 
 
Другие проекты группы «Регламент-Медиа»