Издания и мероприятия для банковских специалистов:
 
Методический журнал
Юридическая и правовая работа в страховании
Описание изданияСвежий номер Архив Приобрести/Подписаться
Выходит один раз в квартал.
Объем 96 с. Формат А4.
Издается с 2005 г.
 
 
 

Страховой случай по договору страхования ответственности туроператора

Размещено на сайте 27.02.2008
Статья посвящена одному из самых спорных вопросов страхования ответственности туроператоров – определению страхового случая. В ней показываются дефекты Закона об основах туристской деятельности в этой части и делается вывод о том, что нарушение договора о реализации туристского продукта должно иметь место в течение срока действия договора страхования.
 
Т.Г. Ермакова,
начальник отдела анализа условий страхования и практики применения страхового законодательства
Управления предварительного контроля ФССН

Согласно статье 17.6 Федерального закона от 24 ноября 1996 г. № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об основах туристской деятельности) «страховым случаем по договору страхования ответственности туроператора является факт установления обязанности туроператора возместить туристу и (или) иному заказчику туристского продукта реальный ущерб, возникший в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору о реализации туристского продукта, при условии, что это произошло в течение срока действия договора страхования ответственности туроператора».

Неоднозначность указанного положения (не ясно, к чему следует относить местоимение «это»: к словосочетанию «факт установления обязанности» либо к «неисполнению обязательств по договору») в совокупности с положением статьи 17.3 указанного законодательного акта, согласно которому требование о выплате страхового возмещения по договору страхования ответственности туроператора может быть предъявлено туристом страховщику по основаниям, возникшим «как в течение срока действия финансового обеспечения, так и до начала срока действия финансового обеспечения», породила спор о том, что же является страховым случаем по договору страхования ответственности туроператора за неисполнение договора.

Так, по мнению С.В. Дедикова, факт установления обязанности туроператора возместить туристу ущерб должен иметь место в период срока действия страхового договора1.

Полагаем, что предлагаемая трактовка определения страхового случая, изложенного в Законе, а именно то, что страховым случаем по договору страхования ответственности туроператора является факт установления обязанности туроператора возместить туристу и (или) иному заказчику реальный ущерб, возникший в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору о реализации туристского продукта, при условии, что это (факт установления) произошло в течение срока действия договора страхования ответственности туроператора, довольно спорна.

Следуя предлагаемой модели, страхованием должно покрываться неисполнение договора о реализации туристского продукта, имевшее место как в течение срока действия договора страхования, так и до его заключения. Например, по договору страхования ответственности туроператора со сроком действия, допустим, с 1 июня 2007 года по 31 мая 2008 года, страховщик должен нести ответственность за неисполнение договора о реализации туристского продукта, имевшее место, к примеру, в 2004 году и установленное в судебном порядке в августе 2007 года, то есть в период действия договора страхования.

Строго говоря, в предлагаемом случае установление факта обязанности туроператора возместить ущерб туристу все же носит вероятностный характер (к примеру, пострадавший не захочет обращаться в суд), а вот со случайностью определенно есть проблемы, поскольку случайность – это непредвиденность события2, а установление факта обязанности туроператора возместить ущерб туристу, если имело место неисполнение договора о реализации туристского продукта, все же прогнозируемо, что не вполне укладывается в рамки статьи 9 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее – Закон об организации страхового дела).

Международная практика предусматривает подобное страхование – так называемое страхование на основе заявленных убытков, когда страхованием покрывается требование о возмещении вреда, заявленное в период действия договора страхования3.

Вместе с тем, например, в Германии при страховании ответственности согласно Общим условиям страхования ответственности (нормативный отраслевой документ) используется теория страхового события, согласно которой на день наступления вреда, то есть внешнего события, необходимо наличие страховой защиты. Исключение составляют страхование ответственности архитекторов и инженеров и страхование финансовых потерь. В данных видах страховая защита должна распространяться на момент нарушения, например, когда была допущена ошибка в расчете статики здания, а не когда здание рухнуло.

При страховании ответственности за вред, причиненный окружающей среде, наступлением страхового случая считается установление факта ущерба, которое произошло в период действия договора страхования, поскольку точный момент наступления события, повлекшего вред окружающей среде, в ряде случаев установить очень сложно.

По нашему мнению, в рамках страхового законодательства Российской Федерации осуществление страхования ответственности, когда страховым случаем признается предъявление претензии или вступление судебного решения в силу, не вполне легитимно, поскольку, повторим, в соответствии со статьей 9 Закона об организации страхового дела событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Обязательство по договору может возникнуть лишь вследствие неисполнения либо ненадлежащего исполнения договора, то есть юридического факта, например неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства по размещению туриста в отеле или ином месте проживания согласно условиям договора о реализации туристского продукта.

Факт установления обязанности по возмещению ущерба вторичен и является лишь удостоверяющим нарушение договора и причинение убытков, например вступление в действие соответствующего судебного решения.

В силу неоднозначности определения страхового случая, данного в Законе об основах туристской деятельности, а также с учетом положения статьи 17.5 этого закона согласно которому «в случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения туроператором обязательств по договору о реализации туристского продукта перед туристом и наличия оснований для выплаты страхового возмещения по договору страхования ответственности туроператора турист вправе предъявить письменное требование о выплате страхового возмещения непосредственно организации, предоставившей финансовое обеспечение», полагаем целесообразным определение страхового случая рассматривать в совокупности с нормой, предусмотренной статьей 17.4 этого закона и устанавливающей основания для выплаты возмещения.

Следуя логике указанных норм, в рамках Закона об основах туристской деятельности для предъявления претензии недостаточно факта страхового случая, еще необходимо наличие оснований для выплаты (легитимность указанного положения также вызывает вопрос в силу незначимости оснований для страховой выплаты при квалификации наступившего события в качестве страхового случая). Основанием для выплаты страхового возмещения является факт установления обязанности туроператора возместить туристу реальный ущерб, возникший в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения туроператором обязательств по договору о реализации туристского продукта, если это является существенным нарушением условий такого договора.

Очевидно, что местоимение «это» в указанной норме может быть отнесено лишь к неисполнению обязательств по договору.

В результате сопоставления указанных положений и определения страхового случая, содержащегося в статье 17.6. данного законодательного акта, мы приходим к выводу, что основанием для выплаты страхового возмещения и страховым случаем является факт установления обязанности страхователя возместить выгодоприобретателю реальный ущерб, возникший в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору о реализации туристского продукта, при условии, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств произошло в течение срока действия договора страхования.

Учитывая изложенное, не можем согласиться с позицией С.В. Дедикова о том, что добавление в пункт 3.2 Правил страхования (стандартных) гражданской ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору о реализации туристского продукта (далее – Стандартные правила страхования) слов «…что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств» не должно применяться, поскольку оно противоречит императивной норме абзаца 3 статьи 17.3 Закона об основах туристской деятельности и в силу этого является изначально ничтожным4.

Вопросы вызывает и возможность выплаты страхового возмещения страховщиком в отсутствие судебного решения или признания страхователем своей ответственности. Например, при исчезновении туроператора.

К примеру, при уплате денежной суммы по банковской гарантии законодатель четко определил, что, если требование об уплате денежной суммы предъявляется по банковской гарантии, помимо прочих документов, турист должен предъявить гаранту также копию документа, свидетельствующего об отказе туроператора в добровольном порядке удовлетворить требование о возмещении реального ущерба, понесенного туристом и (или) иным заказчиком в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязательств по договору о реализации туристского продукта, и (или) копию судебного решения о возмещении туроператором реального ущерба (ст. 17.5 Закона об основах туристской деятельности).

Другими словами, неисполнение либо ненадлежащее исполнение договора о реализации туристского продукта должно быть признано должником, при этом отказавшимся удовлетворить такое обязательство, либо установлено судебным решением.

Таким образом, в рамках статьи 17.5 рассматриваемого закона при прочих равных условиях в более выигрышном положении оказывается турист, заключивший договор о реализации туристского продукта с туроператором, в качестве финансового обеспечения имеющий договор страхования.

Это, в общем-то, неплохо. Однако, как мы считаем, есть и «но».

Основания выплаты, предусмотренные статьей 17.4 Закона об основах туристской деятельности, одинаковы и для страховщика, и для гаранта – это факт установления обязанности туроператора возместить туристу и (или) иному заказчику реальный ущерб, возникший в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения туроператором обязательств по договору о реализации туристского продукта, если это является существенным нарушением условий такого договора. Поэтому не вполне понятна логика законодателя в части несоответствия документального подтверждения одного и того же основания выплаты.

Кроме того, с учетом положений статьи 401 ГК РФ вина стороны договора, осуществляющей предпринимательскую деятельность, в данном случае туроператора, презюмируется, и, как совершенно верно отмечает С.В. Дедиков, «внесудебное урегулирование страховых случаев, на наш взгляд, в большей степени соответствует принципу повышенной защиты прав и охраняемых законом интересов туристов и других заказчиков туристических услуг»5.

Вместе с тем определение страхового случая, данное в Законе об основах туристской деятельности, с нашей точки зрения, в определенных ситуациях не позволяет в досудебном порядке осуществить страховую выплату, поскольку страховым случаем является не просто «неисполнение договора о реализации турпродукта», а факт установления обязанности туроператора возместить реальный ущерб, возникший в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору о реализации туристского продукта.

Так, в соответствии со статьей 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают:

1) из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему;

2) из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей;

3) из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности;

4) в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом;

5) в результате создания произведений науки, литературы, искусства, изобретений и иных результатов интеллектуальной деятельности;

6) вследствие причинения вреда другому лицу;

7) вследствие неосновательного обогащения;

8) вследствие иных действий граждан и юридических лиц;

9) вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

Что касается установления обязанности в рамках договора, то основаниями ее возникновения являются, как мы полагаем, судебное решение либо признание обязательства должником.

Таким образом, урегулирование спора в досудебном порядке, по сути, является мировым соглашением путем признания должником (туроператором) обоснованности требований кредитора (туриста) и их добровольного исполнения, а в отсутствие туроператора это неосуществимо. В связи с чем полагаем недостаточным для выплаты страхового возмещения при исчезновении туроператора только волеизъявления туриста.

Надо сказать, что предлагаемая С.В. Дедиковым трактовка страхового случая: «в отсутствие и в Законе об основах туристской деятельности, и в Стандартных правилах страхования четкого определения, что такое факт установления ответственности, следует говорить лишь о косвенных признаках, которые позволяют сделать вывод о том, что таковым следует признать все-таки предъявление претензии выгодоприобретателем страхователю»6 – также не соответствует критерию случайности страхового события.

Более того, на наш взгляд, наблюдается некоторое противоречие между позицией С.В. Дедикова о целесообразности досудебного возмещения страховщиком убытков, в том числе в случае исчезновения туроператора, и предлагаемой трактовкой страхового случая. Ведь в отсутствие туроператора, при том, что, там же, по мнению С.В. Дедикова, страховым случаем следует признать все-таки предъявление претензии выгодоприобретателем страхователю, наступление страхового случая невозможно.

Также является более чем спорным его утверждение, согласно которому «не может не вызывать возражений вообще такой подход, когда признание или непризнание факта наступления страхового случая зависит от волеизъявления страхователя. Тогда, как это совершенно очевидно, нет оснований говорить о случайности этого события, что явно противоречит части 2 пункта 1 статьи 9 Закона об организации страхового дела»7.

Учитывая, что страховой случай – это комплексное событие и основополагающим при его установлении в рамках страхования договорной ответственности является все же неисполнение договора, полагаем, что факт признания должником обязательства вполне укладывается в рамки гражданского законодательства.

1 См.: Дедиков С.В. Правовые проблемы страхования ответственности туроператоров // Юридическая и правовая работа в страховании. 2007. № 4. С. 25.

2 См.: Юлдашев Р.Т. Страховой бизнес: Словарь-справочник. М., 2005. С. 563–564.

3 См.: Глоссарий терминов Международной ассоциации страховых надзоров // Страховое право. 2006. № 1. С. 40.

4 См.: Дедиков С.В. Указ. соч. С. 28.

5 Дедиков С.В. Указ. соч. С. 26

6 Дедиков С.В. Указ. соч. С. 27.

7 Там же. С. 28

 
 
 
 
Другие проекты группы «Регламент-Медиа»