Издания и мероприятия для банковских специалистов:
 
Методический журнал
Риск-менеджмент в кредитной организации
Описание изданияСвежий номер Архив Приобрести/Подписаться
Выходит один раз в квартал
Объем 112 с
Издается с 2011 года
 
 
 

Макроэкономические риски 2012 года

Размещено на сайте 05.03.2012
Во втором номере журнала за прошлый год была опубликована статья «Макроэкономические риски 2011 года», в которой описывался возможный сценарий развития событий в мировой и российской экономиках в прошедшем году. Для того чтобы понять, насколько адекватным было описание механизмов и особенностей экономического развития 2011 года, сопоставим ожидаемые и имевшие место в действительности события.
 
Н.П. Пильник, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», лаборатория макроструктурного моделирования экономики России, младший научный сотрудник

Экономические итоги 2011 года

Обратимся к предыдущей публикации1.

Цитата: «В итоге окажется, что рост экономики есть, но не такой большой, как планировалось в начале года. А развитые страны (США, Великобритания, Япония и страны еврозоны) после запоздалого пересмотра могут показывать отрицательные темпы роста в отдельные кварталы».

Именно так и произошло. Официальный рост основных развитых экономик оказался меньше ожидаемого. В отрицательную область ушли темпы роста ВВП Франции (–0,1% во II квартале) и Японии (–1,7% в I квартале и –0,6% во II квартале), хотя в случае с Японией основной причиной таких значений считается крупное землетрясение в конце I квартала. Во II квартале показала нулевые темпы роста экономика Великобритании. Отдельно в данном ряду стоит отметить достижения американской статистики, которая смогла показать рост экономики на 1,8% в III квартале, в том числе за счет пересмотра в сторону уменьшения показателей предыдущих кварталов (вплоть до роста всего на 0,4% в I квартале 2011 г.).

«Основные фондовые индексы несколько “отскочат” от текущих уровней, хотя и продолжат двигаться вокруг уровней конца предыдущего года, временами совершая движения вверх (при появлении очередных планов по стимулированию экономики или очередных порций воодушевляющей статистики) или вниз (когда начнут проявляться очередные проблемы американской и других экономик). При определенном стечении обстоятельств такие однонаправленные движения могут затягиваться вплоть до квартала».

В 2011 г. мы входили с индексами Dow (DJIA) на уровне 11 600 и S&P — 1260. Средние значения за 2011 г. оказались равны 11 960 и 1268 соответственно. Большую часть года (I и II кварталы полностью и половину IV квартала) фондовые индексы были выше прогнозируемых значений. Однако «нырок» на годовое дно в августе, продлившийся в течение всего III квартала, позволил выйти на указанные уровни.

«В данном сценарии наиболее вероятно возвращение цен в коридоре $85–105 за баррель. Хотя в случае нагнетания обстановки вокруг определенного новостного фона мы можем уйти вниз до $70 за баррель или вверх до $120. Впрочем, такое движение представляется краткосрочным и принципиальной опасности не несет».

Цены на нефть действительно провели большую часть года в некотором коридоре, но в отличие от ожидаемых границ истинные значения оказались равны $95–115 долларов за баррель нефти марки Brent. Рост I квартала 2011 г. по большей части определяла ситуация на Большом Ближнем Востоке. Напряженность в данном регионе позволила объяснить максимальные значения почти в $127 в конце марта. Однако на таких уровнях цены продержались всего лишь месяц, после чего вернулись в указанный коридор, где и оставались до конца года. Заметим, что во второй половине 2011 г. мы практически оказались на верхней границе прогноза годовой давности в $105 за баррель.

«Пара евро–доллар, как и в прошлом году, будет двигаться в диапазоне $1,3–1,4 за евро, иногда совершая вылазки на 10 центов вверх и вниз из этого интервала».

В действительности средний обменный курс составил $1,39 за евро. Выше указанного интервала курс вышел уже в конце марта 2011 г. и оставался там в течение пяти месяцев вплоть до конца августа. Подобные выходы за границы интервала были ожидаемы (максимальное значение составило $1,48), однако время нахождения выше верхнего порога оказалось больше прогнозируемого. Заметим, что в конце 2011 г. началось движение ниже отметки в $1,3 за евро.

«Российская действительность, скорее всего, нас снова порадует победной риторикой в духе “вставания с колен”».

В конце декабря в сфере официальной российской риторики произошли два знаковых события. Во-первых, президент Д.А. Медведев признал, что мировой кризис продолжается. Во-вторых, премьер-министр В.В. Путин заявил, что в условиях общего шторма Россию можно назвать «островком стабильности». Хотелось бы уточнить, что речь идет о декабре 2011 г.

«В своем прогнозе Министерство экономического развития РФ ожидает роста ВВП более чем на 4% в 2011 г. В свете же указанных обстоятельств в лучшем случае стоит ожидать рост на 2–3%».

Судя по всему, прогноз Министерства экономического развития РФ по результатам года действительно будет выполнен. А может быть, и перевыполнен, что выглядит несколько неожиданно. На момент написания статьи мы имеем информацию о темпах роста ВВП за три квартала 2011 г. Относительно соответствующего квартала предыдущего года в IV квартале 2010 г. наблюдался рост 4,5%, в I квартале 2011 г. — 4,1%, во II квартале — 3,4%. Казалось бы, экономика действительно начала замедляться. Однако оценка роста ВВП за III квартал 2011 г. оказалась весьма неожиданной — 4,8%. Судя по всему, основной вклад в этот рост внесло сельское хозяйство, выросшее на 14,6%. В III квартале 2010 г. оно сократилось на 19,2%.Общий итог на данный момент следующий: за январь–сентябрь 2011 г. по отношению к соответствующему периоду предыдущего года ВВП вырос на 4,1%.

Тем не менее, попытка проследить источники роста, применяя разбиение ВВП по использованию (на потребление, валовое накопление и чистый экспорт), ставит в некоторый тупик. Вполне естественно, что оценки ВВП двумя разными способами (по производству и по использованию) расходятся. Этот статистический дефект должен компенсироваться графой «Статистическое расхождение». Интересно, что, во-первых, в III квартале 2011 г. этот показатель составляет 3,3% ВВП (за I и II кварталы значение было чуть больше 1%). Во-вторых, даже при учете статистического расхождения оценки ВВП, рассчитанные двумя разными способами, не сходятся! В этом смысле пока не очень понятно, насколько серьезно можно воспринимать указанные 4,8% роста.

«К середине текущего года можно ожидать снижение инфляции до минимальных за последние десять лет значений после торможения роста цен конца 2010 г. и затухания сезонного скачка в январе 2011 г. Во второй половине года существует угроза очередного всплеска. Скорее всего, по итогам года мы выйдем на однозначную цифру в 8–9%, во всяком случае в официальной статистике».

Прошедший год действительно ознаменовался минимальным уровнем инфляции за последние 20 лет. По официальным данным, цены выросли на 6,1%. Действительно, в течение первой половины 2011 г. после затухания январского скачка мы наблюдали те самые минимальные темпы. Однако, в отличие от прогноза, во второй половине года реализовалось еще более сильное торможение роста цен. Связано оно было со значительным удешевлением плодово-овощной продукции за счет эффекта базы (неурожай 2010 г. и хороший урожай прошлого года).

На момент написания статьи развернутая статистика по инфляции имелась только за период январь–ноябрь. В 2010 г. рост цен на плодово-овощную продукцию за этот период составил 34%. В 2011 г. наблюдалось падение этого же показателя на 25%. В итоге, если в 2010 г. за период с января по ноябрь прирост потребительских цен составил 7,6%, из которых удорожание плодово-овощной продукции внесло 1,2 п.п. (остальные факторы — соответственно 6,4 п.п.), в 2011 г. удешевление плодово-овощной продукции дало вклад –1,1 п.п. при общем росте потребительских цен в 5,6% (остальные факторы внесли 6,7 п.п.). Таким образом, рост цен на продовольственные товары без плодово-овощной продукции, непродовольственные товары и платные услуги в последние два года весьма устойчив.

«Не исключено, что уже в первой половине 2011 г. курс доллара к рублю окажется на уровне 29 руб. за доллар».

Вплоть до августа 2011 г. мы наблюдали постепенное укрепление рубля с уровня в 30,4 до 27,6 руб. за доллар. Обещанную отметку в 29 руб. за доллар курс преодолел уже в конце февраля. Только сентябрь несколько удивил довольно резким ослаблением рубля до уровня почти в 32,7 руб. за доллар. После этого курс колебался в интервале 30–32 руб. за доллар.

Мировая экономика в 2012 году

Ни для кого не является тайной, что основные тенденции, определяющие развитие мировой экономики, складываются в ядре современной экономической системы — Соединенных Штатах Америки. Безусловно, решения, принимаемые в Европе, Японии или Китае, являются важными и значимыми, но фундаментальные механизмы развития на данном этапе проявляются именно в США. Именно поэтому уже наступивший 2012 г. в экономическом плане может быть разбит на три принципиально различных временных отрезка.

Ключевая точка 2012 г. — выборы президента США. Формально данная процедура имеет два этапа, первый из которых (выборы «выборщиков») приходится на 6 ноября. Нам же наиболее интересен следующий этап — выборы президента 17 декабря. Поскольку речь идет только о 2012 г., вряд ли мы успеем более-менее полно оценить открывшиеся тенденции в течение следующих после выборов двух недель уже уходящего года. Нас же ожидает увлекательный сюжет под названием «предвыборная гонка».

Однако, как обычно, непосредственно перед началом этой гонки мы наблюдаем характерное затишье. Собственно, именно в этом затишье мировая экономика и находится уже около полугода. Конец предыдущего этапа можно выделить достаточно точно — июль 2011 г., когда закончилась стимулирующая экономику программа QE2. Фактически предыдущие полгода ФРС не начинала масштабных программ, вместо этого продолжали действовать по остаточному принципу прошлые программы либо подключались программы, замещающие часть предыдущих (как раз сюда и относится программа TWIST). Слухи относительно грядущей программы количественного смягчения QE3 в 2011 г. так и остались слухами. Судя по всему, это затишье продлится еще в течение 4–6 месяцев. В течение этого периода мы не увидим не только новых стимулирующих программ, но и радикальных попыток свернуть какую-либо часть уже принятых. Тем более речь не идет о повышении ставки рефинансирования ФРС.

Принципиальных отличий от ситуации последних месяцев мы не увидим. Экономический рост в США и еврозоне будет, но его темпы не превысят средних значений 2011 г. Следующие полгода отдельной темой для обсуждения будет вопрос о замедлении экономики Китая. Тем не менее, даже официально подтвержденное замедление не станет ключевой проблемой мировой экономики в первой половине 2012 г.

И мировые фондовые индексы, и цены на сырье продолжат колебаться в сложившихся к данному моменту диапазонах. Для Dow (DJIA) — 11 300–12 600, S&P — 1160–1300. Цена на нефть марки Brent останется в коридоре $100–120 за баррель. Впрочем, даже в этой относительно спокойной динамике могут появляться синхронные отклонения вверх или вниз. Их основной причиной станет сложившийся к тому моменту новостной фон. Потенциальных возмутителей спокойствия на данный момент (особенно если вспомнить опыт предыдущего года) довольно много: учтем и ситуацию вокруг Ирана, и очередное обострение «арабской весны» на Большом Ближнем Востоке, и даже «пляски» вокруг нового главы Северной Кореи. Отметим, что все это принципиально неэкономические причины.

Новости экономического плана, которые действительно смогут повлиять на устойчивость мировой экономики в течение этого периода, будут поступать преимущественно из другой части света — из Европы. Обострение проблем с государственным долгом южных стран еврозоны (прежде всего, естественно, Греции, а кроме того, Италии, Испании и Португалии), как реальное, так и чисто информационное, поспособствует бегству капиталов с европейских рынков в США. Это моментально отразится на курсе евро по отношению к доллару и ставках на государственные облигации участвующих в этом процессе стран. Скорее всего, на протяжении первой половины 2012 г. курс евро продолжит свои колебания внутри интервала 1,25–1,35. Кроме того, сохранятся текущие низкие доходности по американским ценным бумагам и относительно высокие — по европейским. Однако проблемы государственного долга стран Европы в течение ближайших 4–6 месяцев не представляются критическими.

Аналогичная ситуация имеет место и с государственным долгом США, перевалившим в конце 2011 г. за 100% ВВП. В прошлом году мы наблюдали целую серию бурных дискуссий о тяжести такого большого долга и проблемах, связанных с потенциальным отказом Конгресса от повышения максимально возможного уровня долга. Как ни странно, данные события стоит скорее отнести в политическую область, нежели в экономическую. Имевшее место информационное обострение использовалось как инструмент в рамках межпартийного политического торга в США, ну и, конечно, в качестве повода для провоцирования определенного движения на мировых рынках. Тем не менее, в ближайшее время относительно судьбы государственного долга США с экономической точки зрения волноваться не приходится. Другой вопрос — продолжатся ли политические игры вокруг него в связи с надвигающимися выборами.

Вполне возможно, что такое затишье продолжалось бы весь год, если бы он не был високосным, то есть в случае с США — выборным. Впрочем, и сам факт такого затишья во многом объясняется особенностью наступившего года. Так или иначе, финансовым властям США (в первую очередь ФРС и Министерству финансов) начиная со II квартала (по прошествии указанных выше 4–6 месяцев) придется наращивать свою активность. Исходный замысел подобной политики понятен — разгон экономики США накануне президентских выборов, что станет очевидным подспорьем действующему президенту и администрации. Вопрос в том, насколько предсказуемыми окажутся последствия.

Собственно, в этом и будет заключаться основной вопрос второго этапа, начало которого связано с принципиальной точкой бифуркации: кто и за счет каких инструментов будет определять темпы экономического роста в США? Процедура принятия таких решений, а также первоначальное влияние их на экономику продлятся в течение 2–3 месяцев. За это время уже довольно точно можно будет понять, на какие именно сектора экономики направлены стимулирующие меры. Идеальным (с точки зрения мировой экономики) здесь станет вариант, когда вливание дополнительной ликвидности и другие стимулирующие меры будут адекватно восприняты всеми основными макроэкономическими агентами: финансовым сектором (в первую очередь банковской системой), реальным сектором (строительством и обрабатывающей промышленностью) и домашними хозяйствами.

Тем не менее, идеальное развитие событий отнюдь не гарантировано. Скорее оно даже менее вероятно, чем сценарий нарастания нового кома дисбалансов. С одной стороны, проводимая несколькими ключевыми управляющими ведомствами стимулирующая политика может натолкнуться на проблему разного запаса ресурсов. То есть в ситуации, когда нужный эффект может дать только комбинация нескольких ключевых мер, относящихся к компетенциям разных ведомств, провал даже одной из таких мер может вызвать серьезную разбалансировку экономики в результате проведения в жизнь всех остальных решений. Более того, распределение ресурсов (как управленческих, так и финансовых) между различными ведомствами определяется исключительно внутренними административными принципами и взаимоотношениями, а поэтому чрезвычайно слабо наблюдаемо и контролируемо.

С другой стороны, каждая из таких мер характеризуется не только проводящим ее ведомством, но и агентом-получателем. Далеко не факт, что изначально задуманная мера в соответствующем объеме сможет дойти до конечной цели. Сходные проблемы начались еще в 2008 г., когда выяснилось, что механизмов, которые могли бы гарантированно передать деньги правительства и ФРС инвестиционным банкам, к тому моменту просто не существовало. А поэтому пришлось менять статус последних, открывая для них доступ к кредитному окну ФРС.

И эта проблема возникла у инвестиционных банков, которые сами являлись частью финансовой системы. Естественно, что гораздо сложнее обстоит ситуация с реальным сектором и домашними хозяйствами. В этом случае между ФРС или правительством и конечной целью подобных мер стоит еще один посредник — банковская система. Совершенно не очевидно, что задуманные стимулирующие меры пройдут через нее в полном объеме и без неожиданно возникших трудностей. Заметим, что одной из стимулирующих мер может стать пересмотр статистики ключевых индикаторов в большую сторону.

Впрочем, на втором этапе (ориентировочно июль–сентябрь 2012 г.) большинство этих проблем даже при их наличии будут скрыты от наблюдателя. Мы же увидим весьма ободряющие внешние результаты начала нового витка стимулирующих мер. Среди них будут, безусловно, новые за последние три года «верхи» по американским фондовым индексам. Оживление на фондовых рынках США перекинется также на рынки Европы и Японии. Аналогичный эффект (рост котировок) стимулирующие меры вызовут и на товарных рынках. Не исключено, что мы увидим новые локальные максимумы по золоту и нефть марки Brent дороже $120 за баррель. Дополнительно к этому за счет изменений в направлении потоков капиталов нас ожидает некоторое удешевление доллара относительно основных мировых валют.

Естественно, что на фоне таких событий мы снова услышим заявления о блистательном завершении кризиса, как это было уже не раз. В качестве подтверждения могут быть использованы как раз удачно подоспевшие к тому моменту официальные данные о темпах экономического роста. И именно в этот момент наибольшее внимание следует уделить выходящим данным о темпах инфляции в американской экономике. Именно этот показатель можно использовать в качестве меры уровня «расшатанности» экономики. Еще более точно — отраслевые индексы цен. Значительная разница в этих показателях для разных отраслей позволит оценить степень нарастающих дисбалансов.

Ориентировочно к сентябрю-октябрю 2012 г. определяющим все дальнейшее развитие событий станет ответ на вопрос: смогли ли указанные стимулирующие меры запустить фундаментальные механизмы американской (а как следствие — и мировой) экономики или же все описанные «зеленые ростки» — очередное следствие масштабного информационного вмешательства? В этот момент и начнется третий этап экономической истории 2012 г. Именно в течение оставшихся до президентских выборов в США месяцев могут проявиться наиболее неожиданные после оптимизма середины года эффекты.

Хотелось бы напомнить, что наиболее острые кризисные явления проявились в августе и сентябре 2008 г. как раз на фоне предвыборных стимулирующих мер. Насколько можно судить сейчас, исходная идея политики, проводимой три с половиной года назад, заключалась в торможении инфляционных процессов в американской экономике за счет снижения общего уровня доступной ликвидности. Казалось бы, это должно было несколько снизить инфляцию, остановить рост цен на нефть и за счет удорожания доллара снизить рост импортных цен. Но получившийся эффект был совершенно неожиданным. Снижение уровня доступной ликвидности привело к банкротству инвестиционного банка Lehman Brothers, а позже и критическому состоянию всей финансовой системы.

Как ни странно, именно в событиях трехлетней давности может быть скрыт ключ к экономической стабильности 2012 г. Что произошло в конце лета 2008 г.? Казалось бы, американские экономические власти использовали уже много раз проверенное за последнее десятилетие (а то и больше) средство — сокращение уровня свободной ликвидности в экономике. Но достигавшийся ранее результат проявлялся в докризисной экономике. Проблема в том, что в течение ипотечного кризиса 2007 и 2008 гг. значительно поменялся объект приложения усилий — сама экономика качественно изменилась. Поэтому проверенное, казалось бы, средство дало совершенно не-ожиданный эффект.

Аналогичную ситуацию мы можем получить и четыре года спустя после тех событий. На протяжении почти трех лет — с конца осени 2008 г. по лето 2011 г. — состояние американской экономики определялось проводимыми программами стимулирования конечного спроса. И в рамках данной экономики эти меры имели свой более-менее предсказуемый эффект. После этого в течение уже более полугода экономика «сидит на голодном пайке». И совершенно не очевидно, что к началу осени 2012 г. не произойдет принципиальных изменений внутри самих механизмов этой системы.

Тем самым мы подходим ко второй точке бифуркации наступившего года. Именно в сентябре-октябре 2012 г., как представляется на текущий момент, произойдет принципиальное разветвление возможных вариантов развития мировой экономики. Первый вариант довольно спокойный. Американская (а следом за ней и мировая) экономика сохранит некоторую устойчивость и начнет после всплеска лета 2012 г. возвращаться к своему предыдущему состоянию. В результате вновь выяснится, что влияние стимулирующих программ есть, но оно несколько ниже, чем ожидалось. Поэтому уже к концу 2012 г. мы увидим небольшой «отскок» фондовых индексов вниз от максимумов лета-осени, который обозначит новые цели — уровни начала года. Аналогичная тенденция проявится на товарных и валютных рынках. В этом случае 2012 г. войдет в историю как очередной год вялотекущего экономического кризиса.

Второй вариант развития событий гораздо более динамичный. Как раз к сентябрю-октябрю 2012 г. станет понятно, что те самые меры, на которые была сделана ставка еще три месяца назад (к тому моменту), дали несколько обратный эффект. Вместо того, чтобы снизить внутреннее напряжение в экономике, они только увеличили давление на нее. Вся интрига заключается в том, какое именно звено экономики окажется наиболее слабым. Вполне вероятно, что генератором новой фазы кризиса станет банковская система США. Дело в том, что начиная с февраля 2009 г., после внесения изменений в практику оценки стоимости отдельных активов, принадлежащих американским банкам, их балансы представляют собой весьма запутанную картину. Повторная попытка разобраться, какие из текущих активов являются справедливо оцененными, а какие нет, может привести к полному развалу системы оценки рисков. Следовательно, возникнет потребность в дополнительных резервах под возможные потери, связанные с этими активами. И далее мы получим уже знакомую нам по событиям 80-летней давности дефляционную спираль.

Результатом такого развития событий станет довольно быстрое падение основных фондовых индексов. Вслед за ними устремятся и котировки товарных рынков. Единственным исключением на общем фоне станет рост курса доллара по отношению к остальным валютам. Это вполне естественно, поскольку большая часть активов в мировой экономике так или иначе номинирована в долларах. Поэтому при возникновении необходимости в связанных с этими активами операциях резко возрастает спрос на доллары.

Тем не менее, вряд ли стоит ожидать, что описанные события повторят сценарий четырехлетней давности. Особенность экономического кризиса состоит в том, что для подавляющего большинства экспертов и участников рынков развитие событий оказывается полной неожиданностью. Поэтому весьма вероятно, что развитие событий по такому сценарию преподнесет нам массу неожиданностей.

Экономика России в 2012 году

Внимание российской общественности как минимум в первые месяцы 2012 г. будет сосредоточено не на экономических, а на политических процессах, происходящих в стране. Тем не менее если никаких радикальных изменений в политическом плане не произойдет, то на экономику эти события окажут довольно краткосрочное влияние. С другой стороны, если нам все-таки придется пережить политическую бурю, то про экономическое развитие мы будем вспоминать далеко не в первую очередь.

Во многом развитие российской экономики будет, как и обычно, вторичным по отношению к ситуации в мировой экономике. Поэтому ключевые точки, описанные для американской экономики, практически напрямую переносятся и на российскую действительность. Однако на общую хронологию 2012 г. наложится и своя, российская, специфика. Сразу следует упомянуть о двух исключительно отечественных развилках: 4 марта (выборы президента) и 1 июля (в текущем году на эту дату приходится целый ряд административных изменений, о которых будет сказано позже).

В течение I квартала 2012 г., скорее всего, мы услышим весьма оптимистичную оценку темпа роста российского ВВП в прошлом году. Но результаты II и III кварталов (а может быть, и пересмотр предыдущих значений) несколько укротят нарастающий оптимизм. Против высоких показателей роста сыграет и эффект базы в III квартале. Если не произойдет радикальных потрясений в IV квартале (вспомним опыт 2008 г.), то в итоге к концу года мы выйдем на значения в 3–3,5%. Заметим, что эту цифру мы пишем, уже держа в уме некоторую специфику российской статистики.

Что касается инфляционных тенденций 2012 г., то при прогнозировании будущих значений следует еще раз вспомнить причины столь низкой инфляции прошлого года: нормализация ситуации в сельском хозяйстве и эффект базы, возникший из-за засухи 2010 г. Представляется, что рост цен на продовольственные товары без плодово-овощной продукции, непродовольственные товары и платные услуги сохранится на уровне двух предыдущих лет (порядка 6 п.п.). С учетом возможного роста цен на продовольственные товары получаем итоговое значение в 7–8%.

Важно отметить, что распределение инфляционных процессов в течение года будет в корне отличаться от предыдущих лет. Связано это с тем, что традиционное повышение тарифов, которое раньше проводилось в начале января, начиная с 2012 г. переносится на начало июля. Поэтому первая половина 2012 г. с точки зрения инфляции пройдет более чем спокойно. Хотя ближе к началу лета может дать эффект повышение доходов бюджетников. Основной всплеск инфляции произойдет в июле, когда естественные монополии за счет повышения тарифов постараются компенсировать свои издержки на тот момент уже за полтора года.

Во второй половине года при спокойном развитии ситуации в мировой экономике влияние также может оказать начинающаяся с 1 июля реформа бюджетных организаций, которая, вполне возможно, приведет к росту доли и стоимости платных услуг.

На фоне обострения политической ситуации продолжится бегство капитала из России. Это, что вполне естественно, окажет давление на курс рубля относительно основных мировых валют. Другим принципиально важным фактором уже долгое время являются цены на нефть. Наконец, на фоне долговых проблем в Европе мы снова можем столкнуться с замораживанием процессов международного кредитования, которое оказало такой сильный эффект на курс доллара в конце августа 2011 г. Обобщая все вышесказанное, в условиях, когда развитие мировой экономики пойдет по описанному нами сценарию, можно ожидать сохранения курса в диапазоне 30–32 руб. за доллар в течение первых месяцев 2012 г.

Увеличение объема свободной ликвидности на мировых рынках к концу лета с точки зрения влияния на курс может вызвать укрепление рубля. Впрочем, не стоит забывать, что все это будет происходить на фоне скачка уровня цен в российской экономике. В итоге курс доллара к августу 2012 г. может провалиться ниже отметки в 29 руб. за доллар. К концу года при относительном спокойствии на международных рынках мы, скорее всего, снова вернемся к уровням октября 2011 г. — 31–33 руб. за доллар.

Реальные доходы населения в первой половине 2012 г. сдвинутся с мертвой точки, на которой они находились весь 2011 г., иногда демонстрируя даже отрицательные значения, и в течение нескольких месяцев могут показать положительные темпы роста. Впрочем, июльский скачок инфляции вернет ситуацию в исходное состояние.

На фоне общего роста потребления (как за счет роста доходов населения, так и за счет активизации кредитных механизмов) традиционно опережающими темпами будет расти импорт, вытесняя тем самым отечественные товары. Впрочем, при текущих уровнях цены на нефть запас для такого роста еще остается.

Одной из наиболее популярных тем для дискуссий в 2012 г. станет расходная часть бюджета и, как следствие, уровень дефицита или профицита. Скорее всего, бюджет 2012 г., как и бюджет уже прошедшего года, удастся свести с профицитом. Опять-таки оговоримся, что в данном случае мы предполагаем развитие мировой экономики в соответствии со стабильным вариантом. Вполне возможно, что достичь профицита удастся за счет сокращения части масштабных программ, разрекламированных накануне выборного сезона. Аргументом такого сокращения явится борьба с излишней коррумпированностью бюджетных расходов.

К сожалению, каких-либо самостоятельных попыток реорганизации экономики страны ожидать не стоит. Нас ожидает настолько насыщенный с политической точки зрения год, что времени на экономические вопросы у наших политических деятелей останется совсем немного. Это все та же консервация под лозунгом «Опять за старое: встаем с колен». Еще раз отметим, что именно в этих предположениях и делались прогнозы для российской экономики. Вызвать серьезное «шевеление в штабах» может либо крупное внутреннее политическое событие (наиболее вероятное время — март-апрель), либо крупный внешний экономический шок (как было сказано выше — сентябрь-октябрь). Во втором случае в рамках 2012 г. мы успеем повторить ситуацию конца 2008 г. Что касается первого варианта, то здесь развитие событий приобретает хаотический лавинообразный характер, итоги которого будут лежать уже вне экономического поля.


1 - Пильник Н.П. Макроэкономические риски 2011 года // Риск-менеджмент в кредитной организации. 2011. № 2. С. 48–61.

 
 
 
 
Другие проекты группы «Регламент-Медиа»