Издания и мероприятия для банковских специалистов:
 
Методический журнал
Международные банковские операции
Описание изданияСвежий номер Архив Приобрести/Подписаться
Выходит один раз в квартал.
Объем 112 с. Формат А4.
Издается с 2004 г.
 
 

Факторинг: проблемы регулирования и перспективы развития

В факторинг Михаил Ильич Трейвиш пришел уже больше десяти лет назад. Как говорит он сам, работая в банке «Российский кредит», он думал над тем, что надо заняться чем-то таким, с чем еще не работает никто, и, услышав слово «факторинг», решил им заняться, хотя и не до конца понимал, что же это такое. Сегодня он — председатель правления Национальной факторинговой компании, президент Восточноевропейского отделения IFG и наш собеседник.
 

Возглавляемая Вами компания ранее называлась Национальная факторинговая компания «Уралсиб-НИКойл», ее новое наименование — Национальная факторинговая компания. С чем связано такое изменение?

Это изменение связано с несколькими обстоятельствами: желанием дистанцироваться от банковского бизнеса (и, в частности, от банка «Уралсиб») и желанием подчеркнуть общенациональный характер нашей компании. Кроме того, пять слов в названии — это слишком много, поэтому мы решили сделать название более простым.

Ваша компания называется факторинговой, при этом она обладает банковской лицензией. Действительно, согласно статье 825 ГК РФ в качестве финансового агента могут выступать банки, иные кредитные организации, а также другие коммерческие организации, имеющие лицензию на осуществление деятельности данного вида. Однако можно ли утверждать, что нынешняя процедура лицензирования действительно отражает интересы отрасли? Нет ли здесь противоречия?

По поводу банковской лицензии есть некоторые противоречия в законодательстве, состоящие в том, что, с одной стороны, статья 825 ГК РФ требует лицензию у «других коммерческих организаций», а с другой стороны, в Законе «О лицензировании» факторинг в списке видов деятельности, которые подлежат лицензированию, не фигурирует. Таким образом, место, где можно было бы получить соответствующую лицензию, неизвестно, соответственно определенное противоречие, безусловно, существует.

Есть компании, которые пытаются заниматься факторингом без банковской лицензии, считая, что закон предоставляет им такую возможность. Закон о вступлении в силу Гражданского кодекса дает им это право, поскольку в нем записано, что если в Гражданском кодексе содержится ссылка на нормативный акт, который должен быть принят для специального регулирования соответствующих отношений (в нашем случае — это нормативный акт о лицензировании), то до момента его принятия действуют нормы, предшествовавшие принятию Гражданского кодекса. А до 1996 года никакого упоминания о лицензировании в законодательстве не было вообще.

Тем не менее мы считаем, что для защиты интересов клиентов лучше перестраховаться и получить банковскую лицензию, для того чтобы впоследствии не иметь претензий со стороны регулирующих органов, которые могут сегодня посмотреть на вашу деятельность под одним углом зрения, а завтра — под другим.

Кроме того, есть еще две ситуации, когда наличие банковской лицензии желательно. Во-первых, международный факторинг (поскольку только банки имеют право приобретать денежные требования, номинированные в иностранной валюте), во-вторых, наличие банковской лицензии облегчает формирование пассивной базы, поскольку возможность пользоваться более простыми межбанковскими кредитами является преимуществом.

Можно ли сказать, что факторинг в России отличается от того, что принято называть факторингом на Западе? И поскольку мы заговорили об определениях, то хотелось бы уточнить значение термина «коммерческий факторинг», которым Вы часто оперируете в своих выступлениях.

Во-первых, нет такого понятия как «мировой факторинг» или «факторинг на Западе». Факторинг — это вообще очень молодая штука, имеются лишь некие общие принципы, которые при этом от страны к стране существенно отличаются. Точнее сказать, от страны к стране отличается то, что находится за пределами этих общих принципов. Поэтому, например, факторинг в Англии и факторинг в Италии — это два совершенно разных факторинга.

Вы сказали, что факторинг — это молодая индустрия, но ведь как раз в Англии он известен уже достаточно давно...

Смотря что поднимать под словом «давно». Всего лет 50.

Вы говорите о факторинге в его нынешней форме?

Если говорить о современном факторинге, то его история насчитывает всего пару десятков лет. Существует легенда, что первые факторинговые сделки были в Древней Месопотамии три тысячи лет тому назад, однако современный факторинг как таковой, как отрасль мировой экономики, а не как финансовая операция появился всего двадцать лет назад.

Но ведь тот же немецкий DG Diskontbank начал работать в сфере факторинга не двадцать лет назад. Что же тогда следует считать моментом появления современного факторинга?

Современный факторинг начинается с появлением первых факторинговых компаний, которые позиционируют себя как факторинговые компании, а не как отделы банков, как в истории с североамериканскими колониями, не как отдельные предприниматели, которые представляли интересы английских мануфактурщиков.

Современные компании появились в Западной Европе в начале 60-х годов ХХ века, но были очень слабыми, мелкими и неуполномоченными, они понимали под факторингом нечто другое, отличное от того, чем занимаются сейчас. Расцвет факторинга начался в конце 80-х годов прошлого столетия.

Что касается DG Diskontbank, то совмещение им статуса банка и факторинговой деятельности отражает особенность немецкого законодательства: в Германии тоже нужна банковская лицензия. Причем лицензия требуется не всегда: она нужна только для факторинга с регрессом. По этой причине в Германии некоторые факторинговые компании имеют банковские лицензии (например, Heller Bank, Deutsche Factoring Bank, Eurofactor), а некоторые — нет.

Вы уже сказали, что сегодня не существует общей мировой практики факторинга и необходимо говорить о национальной специфике факторинговых операций. Каким путем, по-Вашему, будет развиваться регулирование этой отрасли в дальнейшем, ведь некое унифицированное регулирование все-таки, наверное, требуется?

Я считаю, что глобализация, которая существует объективно, через какое-то время все имеющиеся различия постепенно устранит. Просто сегодня, поскольку факторинг очень молодой и в разных странах находится на разных ступенях развития, говорить об этом пока еще рано…

А какую роль в этом процессе могут сыграть Конвенция УНИДРУА о международном факторинге 1980 года и Конвенция ЮНСИТРАЛ об уступке дебиторской задолженности в международной торговле 2001 года? Могут ли они способствовать достижению определенного единообразия в практике факторинга?

Нет. Оттавская конвенция 1980 года затрагивает очень частный случай — международный факторинг, а на долю международного факторинга приходятся только восемь, а точнее, семь с небольшим процентов от объемов мирового факторингового оборота. Кроме того, эта Конвенция пока не действует, равно как и Конвенция ЮНСИТРАЛ. Вообще эта Конвенция не столько о бизнесе, сколько о его юридическом оформлении, а это — разные вещи. Возьмем, например, такую штуку, как банковский депозит. Помимо того, что есть у нас в законе, существует еще и то, что называется обычаем делового оборота. В качестве примера можно назвать сроки, на которые обычно берется кредит, под какие проценты, в какой форме и т.д.

В целом задача создания единого механизма регулирования факторинга сейчас вообще не стоит. Напротив, необходимо развивать разнообразие в практике: чем больше различий — тем лучше, потому что по известным законам естественного отбора самыми живучими окажутся те концепции, которые будут самыми верными…

Что же касается возможности применения этих конвенций в свете того, что Россия их не ратифицировала, то это обстоятельство не является проблемой: пожалуйста, ссылайтесь на эти конвенции в тексте договоров, и они будут для вас действовать.

Как бы Вы определили суть факторинга сегодня?

Факторинг — это набор операций, которые связаны с поставками товаров или услуг третьим лицам, при этом вознаграждение фактору — компании, которая оказывает факторинговые услуги, — выплачивается из платежей дебиторов, то есть из поступающей выручки. Вот что представляет собой факторинг. Конкретный набор услуг может быть большим или меньшим — это зависит от того, на чем специализируется данная компания.

Какие услуги предлагает Национальная факторинговая компания своим клиентам?

Продуктовая линейка нашей компании состоит из четырех продуктов, каждому из которых мы придумали собственное название. То, что мы называем «Факторинг–финанс» — это продукт, связанный с финансированием поставок товара. «Факториг-гарант» — это продукт, предназначенный для страхования риска неплатежа покупателем. Третий продукт мы называем «Факторинг-сигнал». Он включает в себя экспертизу и управление дебиторской задолженностью. Наконец, четвертый продукт — это «Факторинг-логист». Из названия ясно, что он включает в себя доставку товара от поставщика к покупателю.

При этом факторинг бывает еще внутрироссийским и международным. Но это уже другой принцип деления: в зависимости от того, где находится покупатель — в России или за ее пределами.

Можете ли Вы сказать, какие из названных Вами продуктов наиболее востребованы на рынке?

Разным клиентам нужны разные продукты. Кто-то испытывает дефицит оборотных средств, значит, ему нужно финансирование. Кто-то испытывает проблемы с качеством дебиторской задолженности. А кто-то испытывает желание сэкономить и заняться аутсорсингом…. Выбор продукта зависит от стратегии компании, которая является потенциальным клиентом. Факторинг столь же многогранен и многообразен, как и, скажем, банковская деятельность, поэтому нельзя сказать, что более востребовано: кредиты, депозиты или аккредитивы…

В целом можно сказать, что факторинг нужен компаниям, ориентированным на аутсорсинг, а принять решение об использовании аутсорсинга вы можете, будучи и маленькой компанией, и большой. Ни от региона, ни от отрасли это практически не зависит.

Вы настаиваете, что настоящий факторинг существует только там и тогда, когда компания позиционирует себя как факторинговая и не смешивает эту свою деятельность с банковской. А как правильно организовать взаимодействие банков и факторинговых компаний, ведь многие банкиры воспринимают вас как своих конкурентов?

Банк может выступить в качестве соучредителя факторинговой компании, но для этого требуются серьезные вложения.

Наиболее выгодно банку выступать в качестве агента, привлекая клиентов на факторинговое обслуживание. Преимущества для банка-агента будут состоять в возможности упрочить отношения с имеющимися клиентами за счет предоставления специализированных услуг международного уровня, увеличить обороты и остатки по клиентским счетам, а также привлечь новых клиентов уникальными услугами. Действуя в качестве агента, банк получает агентское вознаграждение, не неся при этом расходов и рисков по созданию непрофильного бизнеса.

Коммерческий банк получает целый ряд преимуществ, выступая в качестве кредитора факторинговой компании: ему поступает существенная часть процентного дохода помимо его агентского вознаграждения. У него также появляется возможность устанавливать более низкие ставки для «своих» клиентов, что, в свою очередь, влияет на повышение их лояльности. Низкий уровень рисков при получении стабильного дохода от новой категории заемщиков объясняется наличием дополнительного обеспечения в форме портфеля дебиторской задолженности (это уступка под условием), высоким качеством активов у заемщиков, дополнительным контролем со стороны ЦБ РФ.

Предположим, что банк готов выступать в качестве агента факторинговой компании, но как ему убедить клиента в том, что тому нужна данная услуга, предоставляемая дружественной факторинговой компанией, ведь многие клиенты предпочитают известные им схемы и продукты?

Клиенту надо говорить, что факторинг представляет собой капельное финансирование, которое носит бессрочный характер, поскольку длится, пока идут поставки. Размер такого финансирования также не ограничен, а погашение его происходит из платежей дебиторов. Кроме того, факторинговое финансирование не требует обеспечения в виде залога, и его можно получить в любой день после предоставления отгрузочных документов. Клиенту надо объяснять, что факторинговое финансирование — это не кредит, и в этом его преимущество. Выдавая кредит, банки смотрят в прошлое компании, они смотрят его кредитную историю, кредит выдается на определенный срок, требует открытия счетов в банке-кредиторе, выдается на заранее обусловленную сумму. При этом, заметьте, доход банка не зависит от роста бизнеса клиента. С факторингом же все наоборот: факторинг обращен в будущее компании и фактор заинтересован в росте бизнеса компании-клиента.

Что нужно «держать в уме», когда речь заходит о факторинге? Например, тезис о том, что низкая платежная дисциплина — это следствие действия объективных факторов и препятствием для нормальной работы с клиентом не является, у банковских работников обычно вызывает недоумение. Получается, что банкир и специалист в области факторинга видят реальность по-разному?

Надо ясно понимать, что в деятельности любой коммерческой компании имеются определенные приоритеты с точки зрения расчетов. Приоритет первого порядка — это налоги. Далее следуют банковские кредиты, и только затем — иные кредиты, не обеспеченные залогом. Обычный коммерческий (или торговый, или товарный) кредит находится в приоритетах не первой степени важности, поэтому обычаи делового оборота не предполагают своевременных расчетов. Есть и другая причина, которая состоит в том, что экономический смысл торгового кредита связан со сроком реализации товара. Предполагается, что я беру товар у поставщика в кредит, потому что ожидаю, что он будет продан и я расплачусь с поставщиком в итоге деньгами покупателя, так как мне не хочется отвлекать свои оборотные средства. А ведь товар по какой-либо причине может и не продаваться: существует масса факторов, которые влияют на продаваемость. Например, нынешнее лето было холодным и дождливым, поэтому пиво и мороженое продаются не так, как прошлым летом, которое было жарким и сухим. Таким образом, объективные факторы и влияют на платежную дисциплину покупателя.

Факторинг с правом регресса многие считают не вполне цивилизованным, так ли это?

Я бы не сказал, что факторинг с правом регресса — это нецивилизованная его форма. Другое дело, что факторинг с правом регресса не должен быть безальтернативным. Выбирать должен клиент, что ему лучше: более дешевый вариант — с правом регресса или более дорогой — факторинг без регресса. Нецивилизованность состоит как раз в том, что многие провайдеры услуг не предлагают альтернативы, а не в том, что он (факторинг с регрессом) у них существует. Еще раз повторю, что многие клиенты заинтересованы в факторинге с регрессом. И опять-таки если мы его запрещаем, то фактически мы не идем на встречу пожеланиям клиентов.

Что Вы скажете о такой схеме факторинга, как факторинг в целях обеспечения, когда речь идет не о собственно финансировании купли-продажи, а о построении схемы, при которой финансовый агент, предоставляя кредит, рассчитывает получить возмещение в случае неисполнения клиентом своего обязательства по его возврату за счет уступленного ему денежного требования клиента к дебитору?

На самом деле это не факторинг. Это просто вид обеспечения: обеспечение в виде дебиторской задолженности. Я хочу сказать, что глава 43 Гражданского кодекса — это глава не о факторинге, а о финансировании под уступку денежного требования, что не является факторингом по двум причинам. Во-первых, факторинг — это не только финансирование. Во-вторых, то, что написано в главе 43, это не только факторинговое финансирование, поскольку речь в ней идет о финансировании не только под будущую, но и под существующую задолженность. В то же время факторинг — это всегда финансирование под будущую задолженность. По этой причине глава 43, имея отношение к факторингу, тем не менее не описывает его полностью.

Какие еще нормативные акты затрагивают факторинговые операции в России?

Глава 24 — глава о цессии — имеет непосредственное отношение к факторингу. К факторингу применимы и те положения ГК РФ, которые касаются купли-продажи товаров, и те положения законодательства, которые затрагивают такой институт, как поручительство. Действительно, у нас нет закона о факторинге, но такие законы мало где есть. Правда, такой закон есть, например, в Италии, но из развитых стран это, пожалуй, единственный пример.

Почему именно в Англии и Италии так много факторинговых компаний?

Я думаю, что причины такого большого числа факторинговых компаний в этих странах различные.

В Англии факторинг самый старый. Факторинг, в том виде, в котором он пришел из Америки, появился именно в Англии в первую очередь из-за того, что в обеих странах действуют англосаксонские обычаи. Вторая причина состоит в том, что факторинг в Англии — в отличие от факторинга в континентальной Европе — совершенно нерегулируем. В Англии нет специального регулятора, нет ни ограничений, ни законодательства. Есть только судебная практика и прецеденты. А прецедентное право всегда более либеральное: пока устоявшейся практики нет, написание законов может ее каким-либо образом ограничить.

Кстати, на второй конференции Восточно-европейской факторинговой ассоциации с итогами весьма интересного исследования выступал английский юрист Эндрю Найт (Andrew Knight). Предметом анализа стала зависимость состояния факторинга от уровня развития законодательства в странах Европы. Выяснилось, что чем более урегулирован факторинг законодателем, тем он менее развит.

В Италии тоже высокий уровень развития факторинга, и тому есть другие причины. Первая причина состоит в том, что Италия характеризуется, не скажу — плохой, но непредсказуемой платежной дисциплиной итальянского покупателя. Чем менее дисциплинированно платят покупатели, тем выше потребность в факторинге у поставщиков, поскольку здесь действует фактор неопределенности: неизвестно, когда поступит выручка. Вторая причина — субъективная. В Италии центральный банк очень долго мешал развитию кредитной активности банков. Это было связано с очень высоким уровнем инфляции в 70-80-х годах прошлого века, вследствие чего банкам устанавливались очень жесткие нормы кредитования. Соответственно предприятия искали другие источники финансирования. В-третьих, в Италии изначально была очень сильна факторинговая ассоциация, члены которой обменивались информацией вплоть до решений о том, кому какие лимиты установлены. А это даже больше, чем бюро кредитных историй: информация идет не о конкретно выданных деньгах, а о лимитах.

Можно ли сказать, что по тем же причинам, то есть в силу отсутствия специального регулирования и достаточной платежной дисциплины, в России факторинг имеет хорошие предпосылки для интенсивного развития?

Думаю, что «завтра» факторинга будет определенно более светлым, нежели его «сегодня», потому что потребность рынка в нем существует объективно. В принципе, законодательство, которое сегодня существует, достаточно либерально. В частности, российский Гражданский кодекс разрешает факторинг при запрете уступки денежного требования в договоре между поставщиком и покупателем, чего нет в законодательстве практически большинства стран мира.

Я думаю, что факторинг будет развиваться, но достигнет ли он уровня развития факторинга в Италии, я не знаю, поскольку это зависит и от многих субъективных факторов. Но уровня, например, Испании он, безусловно, достигнет, то есть раз в десять вырастет. Если сейчас его объем, условно говоря, 0,5% ВВП, то до 5% ВВП он поднимется. Дорастет ли он до итальянских 12% — вопрос сложный. Это уже долгосрочный прогноз, который я не готов сделать.

Чем определялся рост факторинга в России до сегодняшнего дня?

Тем, что его (факторинга) не было, а все, что выше нуля, кажется ростом.

Будучи председателем правления НФК, Вы также являетесь президентом Восточноевропейского отделения International Factors Group. Кроме того, Ваша компания участвует в Factors Chain International? Чем занимаются эти организации?

Основная и общая их цель — развитие факторинга. Возьмем, к примеру, IFG. Эта организация ставит перед собой целый ряд задач: поддержание структуры для так называемого двухфакторного факторинга, представляющего собой разновидность международного факторинга, в котором принимают участие две факторинговые компании; реализация образовательных программ. В частности, Восточноевропейское отделение дважды в год проводит специальные семинары. IFG организует примерно пять–шесть семинаров на английском языке, последний из которых проходил в Москве в мае этого года. Другой семинар мы провели в бывшей Югославии. Еще одно важное направление деятельности — это лоббирование, причем как лоббирование интересов местных факторинговых компаний в международной факторинговой ассоциации, которая принимает нормативные документы, обязательные для использования членами ассоциации, так и лоббирование в смысле промоушна (promotion), продвижения факторинга в наших странах.

Появится ли в России своя факторинговая ассоциация?

В рамках Восточноевропейской факторинговой ассоциации мы планируем создать в ближайший месяц российское отделение. До определенного момента у нас было мало российских компаний, поэтому мы и решили объединиться с украинскими, казахскими и другими компаниями. Теперь мы полагаем, что время настало, и уже нужны собственное российское, собственное украинское отделение… Кстати, если мы говорим про страны СНГ, то самый развитый факторинг на сегодня как раз в России. Если же говорить обо всех бывших республиках СССР, то наиболее развит факторинг в прибалтийских странах.



 
 
 
 
Другие проекты группы «Регламент-Медиа»