Издания и мероприятия для банковских специалистов:
 
Методический журнал
Юридическая работа в кредитной организации
Описание изданияСвежий номер Архив Приобрести/Подписаться
Выходит один раз в квартал.
Объем 112 с. Формат А4.
Издается с 2005 г.
 
 
 

Оспаривание договора поручительства, заключенного в обеспечение исполнения кредитного обязательства

Размещено на сайте 28.08.2009
В настоящей статье на основе примеров из судебных разбирательств рассматриваются споры, в рамках которых заинтересованными лицами оспаривались договоры поручительства, а также комментируются отдельные принятые решения и анализируются выбранные сторонами споров позиции.
 
Ю.В. Севастьянова, ОАО «КБ “Русский Южный банк”» (г. Волгоград), юрисконсульт

В связи с ухудшением состояния на финансовых рынках и в иных сферах предпринимательской деятельности участились случаи неисполнения должниками принятых на себя кредитных обязательств.

Гарантия возврата денежных средств является залогом стабильности функционирования как отдельно взятой кредитной организации, так и банковской системы в целом. Поэтому особое значение приобретает решение проблемы надежности и законности сделок, заключенных с целью обеспечения исполнения кредитного договора.

Анализ судебной практики позволяет сделать вывод, что поручители оспаривают принятые на себя обязательства путем предъявления требований о признании договора недействительным либо заявляя об освобождении от ответственности в связи с прекращением действия договора поручительства.

Предлагаем рассмотреть несколько примеров из судебной практики, которые дадут возможность банковским юристам подготовить эффективную защиту интересов кредитной организации.

Недействительность договора поручительства

Пример 1

В обеспечение основного обязательства был заключен договор поручительства, по условиям которого поручитель обязался нести солидарную и субсидиарную ответственность за исполнение заемщиком своих обязательств по кредитному договору. Согласно статье 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Суд, руководствуясь статьей 363 ГК РФ, пришел к выводу, что сторонам предоставлено право устанавливать в договоре только субсидиарную ответственность. Учитывая то, что договор поручительства содержал и солидарную, и субсидиарную ответственность, суд признал его ничтожной сделкой на основании статьи 168 ГК РФ как не соответствующий требованиям статьи 363 ГК РФ1.

Не оспаривая значения решения суда, вступившего в законную силу, хотелось бы отметить возможность иной правовой трактовки указанной ситуации.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Если буквальное толкование не позволяет определить содержание договора, то должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

В нашем случае суд не выяснял общую волю сторон. Между тем если бы воля сторон была направлена на установление солидарной ответственности поручителя и заемщика, то не возникло бы необходимости включать специальное указание в договор, поскольку такая ответственность презумируется в силу закона. Следовательно, стороны установили для себя субсидиарную ответственность, прописав соответствующее условие в договоре. В сответствии с правилами соотношения общих и специальных норм одного и того же уровня гражданского законодательства специальная норма (правило о субсидиарной ответственности) отменяет действие общих норм (презумпция солидарной ответственности). Полагаем, что договор поручительства подлежал признанию недействительным, но только в части условия о солидарной ответственности поручителя и заемщика перед кредитором. При этом суд обязан был выяснить общую волю сторон поручительства.

Правовая позиция, выраженная в ином судебном постановлении, может негативно сказаться на гарантиях исполнения кредитных и обеспечительных обязательств со стороны должников — юридических лиц в случае их недобросовестности.

Пример 2

Отклоняя требование банка к поручителю — юридическому лицу, суд исходил из ничтожности спорного договора поручительства. Договор поручительства был подписан генеральным директором гражданином А. Согласно протоколу внеочередного общего собрания участников поручителя полномочия гражданина А. как генерального директора общества к моменту подписания договора поручительства были прекращены. Генеральным директором избран гражданин В. Суд указал, что рассмотрение вопросов об образовании единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью и досрочном прекращении его полномочий согласно пункту 3 статьи 91 ГК РФ и пункту 2 статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» относится к исключительной компетенции общего собрания участников общества.

Закон не связывает возникновение или прекращение полномочий единоличного исполнительного органа с фактом внесения в государственный реестр таких сведений.

Поэтому с момента прекращения компетентным органом управления полномочий единоличного исполнительного органа лицо, чьи полномочия как руководителя организации прекращены, по смыслу пункта 3 статьи 40 закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не вправе без доверенности действовать от имени общества, и в том числе заключать сделки.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления пленума ВАС РФ от 14.05.1998 № 9 «О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделки» при совершении сделки от имени юридического лица лицом, которое не имело на это полномочий в силу закона, следует руководствоваться статьей 168 ГК РФ.

На основании вышеизложенного договор поручительства был признан ничтожным2.

Представляется, что использование подобной схемы недобросовестными контрагентами может повлечь признание ничтожными не только договора поручительства, но и иных сделок (кредит, залог и пр.). В качестве возможного варианта минимизации подобного риска предлагаем при заключении договора поручительства, залога, кредита истребовать от контрагента — юридического лица протокол его органа управления, в компетенцию которого входит избрание, прекращение полномочий руководителя общества. Протокол должен содержать поручение единоличному исполнительному органу юридического лица по подписанию договора с банком и быть датирован днем заключения соответствующей сделки. В случае ее последующего оспаривания по основанию подписания неуполномоченным лицом банк может предъявить протокол в качестве доказательства легитимности действий руководителя.

Нарушение процедуры заключения договора поручительства

Следует отметить, что даже в случае подписания договора поручительства уполномоченным единоличным исполнительным органом, но без соблюдения условия одобрения иным органом управления организации такая сделка может быть признана недействительной.

Пример 3

Между юридическим лицами — банком-поручителем и заемщиком заключен договор поручительства, по условиям которого поручитель принял на себя обязательство отвечать солидарно с заемщиком за исполнение последним всех его обязательств перед банком по генеральному соглашению об открытии кредитной линии.

Согласно статье 174 ГК РФ, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором либо полномочия органа юридического лица — его учредительными документами в отличие от того, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или орган вышли за пределы этих ограничений, то такая сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 5 постановления пленума ВАС РФ от 14.05.1998 № 9 «О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок» сделка по основаниям, установленным в названной статье Кодекса, может быть признана недействительной лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об ограничениях полномочий органа юридического лица, заключившего сделку. Стороны по договору поручительства при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, были обязаны удостовериться в полномочиях представителей контрагентов на совершение оспариваемой сделки. Ссылка в преамбуле договора на уставы обществ презумирует ознакомление сторон с их содержанием в части определения компетенции лиц, заключающих сделку в пользу обществ. Уставом банка-поручителя генеральному директору предоставлено право на заключение от имени общества сделок только в отношении имущества, стоимость которого на дату их совершения не должна была превышать 1% балансовой стоимости активов общества. Оспариваемая сделка как раз была связана с возможным отчуждением имущества, принадлежащего поручителю, общей стоимостью, превышающей 1% балансовой стоимости активов общества, и в соответствии с положениями устава ее заключение отнесено к компетенции правления общества. Поскольку доказательств одобрения правлением общества действий своего единоличного исполнительного органа при подписании договора поручительства представлено не было, суд признал недействительным договор поручительства3.

Признание поручительства не соответствующим закону

Нередко в юридической практике возникают ситуации, когда по одному и тому же вопросу суды общей юрисдикции и арбитраж высказывают противоположные позиции.

Пример 4

Страховая компания обратилась в арбитражный суд с иском к банку о признании договора поручительства недействительным по основаниям несоответствия его требованиям закона. Заявление было мотивировано тем, что судебным решением суда общей юрисдикции, имеющим преюдициальное значение, указанный договор поручительства признан не соответствующим требованиям статьи 361 ГК РФ, поскольку не подписан лицом, за которое страховая компания поручилась нести ответственность.

Решением арбитражного суда первой инстанции исковые требования были удовлетворены. Постановлением апелляционного суда решение суда первой инстанции было отменено, в удовлетворении иска отказано4.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что поскольку сторонами договора поручительства являются поручитель и кредитор, то неподписание договора лицом, за которое поручитель поручился нести ответственность, не является основанием, влекущим недействительность (ничтожность) договора поручительства. В кассационной жалобе страховая компания настаивала на том, что обстоятельство, установленное вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции, не нуждается в повторном доказывании и должно приниматься как доказанное, поскольку его существование и правовое значение установлено с соблюдением предусмотренного законом порядка.

ФАС Западно-Сибирского округа5, рассматривая дело в кассационном порядке, признал, что поскольку из содержания части 1 статьи 55 ГПК РФ, части 1 статьи 64 АПК РФ следует, что обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, устанавливаются судом на основании доказательств, содержащих сведения о фактах, то правовая оценка судом общей юрисдикции сделки не может рассматриваться в качестве обстоятельства, имеющего преюдициальное значение для другого суда. Решение суда апелляционной инстанции оставлено в силе.

ВАС РФ отказал в передаче указанного дела в президиум, указав, что оспариваемый договор поручительства соответствует требованиям ГК РФ, подписания договора поручительства лицом, за которое поручитель поручился нести ответственность за исполнение обязательства, не требуется6, следовательно, в удовлетворении иска было отказано правомерно. Позиция ВАС РФ представляется законной и обоснованной.

Примечательно, что в данном деле и судья общей юрисдикции первой инстанции, и областной суд, проверявший решение суда первой инстанции в кассационном порядке и не нашедший оснований для его отмены, весьма вольно трактовали действующее законодательство.

Подписание заемщиком договора поручительства не предусмотрено действующим законодательством, но если стороны сами для себя определили указанное условие в качестве обязательного, то в этом случае нарушения при его заключении могут повлечь недействительность поручительства7.

Так, суд первой инстанции признал недействительным трехсторонний договор поручительства, подписанный банком, заемщиком, поручителем, по тем основаниям, что он был заключен с нарушением требований, содержащихся в статьях 45, 46 закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Суд первой инстанции признал договор поручительства сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, исходя из того, что поскольку договор поручительства от имени юридического лица — поручителя был подписан генеральным директором, который одновременно являлся генеральным директором юридического лица — заемщика, то в силу пункта 2 статьи 45 закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» генеральный директор обязан был довести до сведения учредителя юридического лица — поручителя информацию о своей заинтересованности в совершении сделки поручительства, что не было сделано.

Суд первой инстанции также установил, что договор поручительства является для поручителя крупной сделкой, превышающей 25% балансовой стоимости активов на дату заключения, однако учредитель общества не давал разрешения на заключение спорного соглашения. Постановлением апелляционной и кассационной инстанций решение суда первой инстанции было оставлено без изменения.

Несоблюдение правил оформления договоров поручительства

Отдельная категория исков по оспариванию договоров поручительства связана с отсутствием подписи главного бухгалтера как основанием недействительности сделки.

Пример 5

Коммерческий банк обратился в арбитражный суд, оспаривая договор поручительства, в том числе по основанию неподписания его главным бухгалтером. Суд кассационной инстанции разъяснил, что в соответствии с абзацем 3 пункта 3 статьи 7 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» без подписи главного бухгалтера денежные и расчетные документы, финансовые и кредитные обязательства считаются недействительными и не должны приниматься к исполнению. Отсутствие подписи главного бухгалтера в договоре поручительства не может являться основанием для признания его недействительным, поскольку указанное должностное лицо в соответствии со статьей 53 ГК РФ не входит в состав органов юридического лица8.

В качестве дополнения к вышеизложенному хотелось бы обратить внимание читателей на тот факт, что договор поручительства не является расчетным или финансовым документом. Поэтому требование абзаца 3 пункта 3 статьи 7 закона «О бухгалтерском учете» к договорам поручительства вообще не применимо.

Учитывая позицию судебных органов об отсутствии оснований признания обеспечительных договоров недействительными по причине неподписания их главным бухгалтером, заинтересованные лица предпринимают попытки оспаривания кредитных договоров в связи с их несоответствием правилам законодательства о бухгалтерском учете. Одновременно выдвигаются требования о том, что недействительность основанного обязательства влечет прекращение обеспечений по нему.

Пример 6

Конкурсный кредитор, инициируя судебное разбирательство, руководствовался подобной схемой. Он указал, что поскольку договор в соответствии со статьей 7 закона «О бухгалтерском учете», пунктом 14 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации9 и пунктом 1.4 положения ЦБ РФ от 05.12.2002 № 205-П «О правилах ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории Российской Федерации» не подписан главным бухгалтером, то он считается недействительным. В связи с недействительностью данного договора прекратил действие и договор, заключенный в качестве обеспечения исполнения кредитного обязательства.

Арбитражный суд кассационной инстанции отклонил указанный довод, обосновав свою позицию следующим. В соответствии с гражданским законодательством главный бухгалтер не является органом юридического лица. Статья 53 ГК РФ не устанавливает в качестве обязательного требования к договорам наличие подписи главного бухгалтера. Поэтому отсутствие подписи главного бухгалтера в договорах гражданско-правового характера, подписанных от имени юридического лица, не влечет ничтожности таких договоров в силу статьи 168 ГК РФ как не соответствующих части 3 пункта 3 статьи 7 закона «О бухгалтерском учете»10.

Варианты оспаривания договоров поручительства

Пример 7

Заемщик, вступая в судебное разбирательство, заявил о недействительности договора поручительства в силу статьи 168 ГК РФ. По его мнению, банк, заключив договор поручительства, допустил разглашение сведений в отношении заемщика, имеющих конфиденциальный характер (банковскую тайну), что является нарушением закона «О банках и банковской деятельности». Судебные органы сочли указанные требования необоснованными, в удовлетворении иска было отказано11. Суд первой инстанции исходил из недоказанности истцом обстоятельств, свидетельствующих о разглашении банковской тайны, понятие которой дано в статье 26 закона «О банках и банковской деятельности».

Действительно, в соответствии со статьей 26 закона Банк обязан гарантировать тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов. В соответствии со статьями 361–367 ГК РФ в договоре поручительства, как правило, содержится информация о кредитном обязательстве общего характера без конкретизации операций, счетов, вкладов. При этом суд отметил, что оспариваемый договор заключен между поручителем и кредитором, его условия соответствуют требованиям параграфа 5 главы 23 ГК РФ, согласие на заключение договора поручительства от должника, в обеспечение исполнения обязательств которого он заключается, не требуется.

К тому же согласно пункту 3 статьи 857 ГК РФ в случае разглашения банком сведений, составляющих банковскую тайну, клиент, права которого нарушены, вправе потребовать от банка возмещения причиненных убытков, что является самостоятельным способом защиты гражданских прав, отличным от признания сделки недействительной. Судом было установлено, что нарушения прав заемщика, в том числе в виде причинения ему убытков, в результате заключения договора поручительства не произошло. Высший арбитражный суд Российской Федерации с позицией нижестоящего суда полностью согласился.

Известны случаи, когда предпринимались попытки оспаривания договора поручительства по основаниям его несоответствия основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК РФ).

Пример 8

В связи с неисполнением заемщиком обязательств по кредитному договору банк обратился с настоящими требованиями к поручителю — юридическому лицу в арбитражный суд. Поручитель инициировал встречный иск о признании договора поручительства недействительным на основании статьи 169 ГК РФ, основываясь на вступившем в законную силу приговоре суда общей юрисдикции, которым бывший директор общества, подписавший договор поручительства, и главный бухгалтер признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 327 УК РФ. Судом было установлено, что данные лица подделали бухгалтерский баланс общества за I квартал 2005 года (завысили активы общества), представленный банку для заключения договора поручительства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна. Согласно определению Конституционного суда РФ от 08.06.2004 № 226-О квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит — заведомо и очевидно для участников гражданского оборота — основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять статью 169 ГК РФ, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о признании договора поручительства ничтожной сделкой на основании статьи 169 ГК РФ, суд исходил из того, что истцом в порядке, предусмотренном статьей 65 АПК РФ, не доказан факт заключения оспариваемого договора с целью, заведомо противной нравственности. Поручитель не указал, каким основам правопорядка противоречит договор, учитывая то, что от имени общества договор заключен уполномоченным лицом, а риск неблагоприятных последствий от недобросовестных действий своего единоличного органа должно нести соответствующее юридическое лицо, а не добросовестный контрагент12.

Помимо случаев оспаривания договора поручительства по основаниям его несоответствия статье 169 ГК РФ в судебной практике имели место иски о недействительности договора поручительства как совершенного под влиянием заблуждения и обмана (ст. 178–179 ГК РФ).

Пример 9

Между банком и предпринимателем (заемщиком) был заключен кредитный договор. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору поручитель — юридическое лицо и банк заключили договор поручительства. Поручитель, полагая, что банк, предоставив в рамках соглашения недостоверную информацию об имущественном положении предпринимателя, умышленно ввел его в заблуждение относительно имущественного положения предпринимателя, обратился в арбитражный суд со встречным иском о признании договора поручительства недействительным на основании статей 178, 179 ГК РФ как совершенного под влиянием заблуждения и обмана.

В соответствии со статьей 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Согласно статье 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В рассматриваемом в примере деле отсутствовали доказательства того, что у поручителя имелись заблуждения относительно природы оспариваемого договора поручительства и его предмета. Стороны осознавали, что заключают договор поручительства в обеспечение исполнения предпринимателем обязательства по кредитному договору, и в силу статьи 363 ГК РФ и условий договора поручительства при неисполнении данного обязательства должником поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно.

Доводы о том, что поручителем не было представлено доказательств наличия в действиях банка умысла на введение фонда в заблуждение относительно природы сделки и ее предмета, а также не было представлено доказательств того, что фонд, осуществляя предпринимательскую деятельность, несет риск такой деятельности и имеет возможность самостоятельно проверить всю предоставленную ему информацию об имущественном положении заемщика, являются правильными. По рассматриваемому делу в требованиях о признании договора недействительным было отказано13.

В судебной практике встречаются случаи оспаривания договоров поручительства по основаниям затруднительного материального положения поручителя и его служебной зависимости от заемщика.

Пример 10

Дзержинский районный суд г. Волгограда рассмотрел исковое заявление о признании договоров поручительства недействительными на основании того, что ни на момент заключения таких договоров, ни в последующем финансовое положение поручителей не позволяло им нести солидарную ответственность за исполнение обязательств заемщика перед банком. Нахождение в служебной (трудовой) зависимости от работодателя — юридического лица, которое и выступало заемщиком, вынудило поручителей подписать соответствующие договоры. Истцы расценили оспариваемые договоры поручительства как кабальные сделки. Суд удовлетворил их требования14.

Банк не согласился с решением суда первой инстанции, обосновав это следующим.

Во-первых, в пункте 1 статьи 179 ГК РФ предусмотрено, что сделка может быть признана недействительной по иску потерпевшего. В пункте 2 статьи 179 ГК РФ указано, что потерпевшим является лицо, фактически исполнившее обязательство и понесшее вследствие этого реальный ущерб. Следовательно, потерпевшим в рамках иска о признании недействительными договоров поручительства по статье 179 ГК РФ является поручитель, фактически произведший исполнение за заемщика и понесший вследствие этого реальный ущерб. Лица, оспаривающие договоры поручительства, фактического исполнения их перед банком не произвели, следовательно, не приобрели права на удовлетворение исковых требований.

Во-вторых, в соответствии с действующим законодательством и судебной практикой15 юридический состав кабальной сделки включает в себя следующие факты:

- стечение тяжелых обстоятельств для потерпевшего и явно невыгодные для потерпевшего условия совершения сделки;

- причинную связь между стечением у потерпевшего тяжелых обстоятельств и совершением им сделки на крайне невыгодных для него условиях;

- осведомленность другой стороны о перечисленных обстоятельствах и использование их к своей выгоде.

Материальное положение поручителя, не позволяющее ему погасить задолженность за заемщика в полном объеме, не может свидетельствовать о кабальности такой сделки для него.

Нормы материального права не ставят возможность заключения договора поручительства, а также обязанность поручителя нести солидарную ответственность с должником вследствие неисполнения должником обеспеченных поручительством обязательств в зависимость от платежеспособности поручителя либо наличия у него имущества, достаточного для исполнения такого обязательства16.

Несостоятельна позиция поручителей, утверждающих, что в случае отказа от подписания оспариваемых договоров поручительства они могли быть уволены, лишены премии работодателем-заемщиком, за обеспечение кредитных обязательств которого они поручились. Трудовое законодательство содержит достаточные правовые гарантии работника от необоснованного увольнения, лишения премии. Среди оснований, предусмотренных статьями 77 и 192 ТК РФ, отсутствуют указания на возможность увольнения работника, лишения его премии вследствие незаключения сделок гражданско-правового характера. Таким образом, отсутствует причинно-следственная связь между фактом заключения (незаключения) договоров поручительств и их материальной, служебной зависимостью от заемщика.

Оспариваемые договоры поручительства не содержат каких-либо указаний на то, что они заключены в связи со служебными, трудовыми отношениями между поручителями и заемщиком, поэтому характер отношений между поручителями и заемщиком не влияет на характер отношений между поручителем и банком17.

Более того, служебная (трудовая) зависимость не имеет юридического значения при заключении сделок гражданско-правового характера, в том числе договоров поручительства, поскольку в соответствии с пунктом 3 статьи 2 ГК РФ к отношениям, основанным на подчинении одной стороны другой, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством. В соответствии со статьей 5 ТК РФ трудовые отношения не подпадают под регулирование ГК РФ.

Таким образом, служебная (трудовая) подчиненность не может являться основанием для признания недействительной сделки гражданско-правового характера. Поскольку при заключении оспариваемых сделок поручители действовали не как субъекты трудовых отношений, а как субъекты гражданского права, обладающие свободой волеизъявления на заключение гражданско-правовых договоров, по распоряжению собственным имуществом, вывод суда о том, что банк воспользовался служебной и материальной зависимостью поручителей от заемщика, несостоятелен. Кассационная инстанция Волгоградского областного суда, рассмотрев кассационную жалобу, согласилась с доводами банка и отменила решение суда первой инстанции. В удовлетворении требований о признании договора поручительства недействительной сделкой было отказано18.

Учитывая вышеизложенное, а также постановления Верховного суда РФ, можно сделать следующий вывод: в судах общей юрисдикции сформирована практика, согласно которой имущественная несостоятельность, а также служебная зависимость поручителей от заемщика не может рассматриваться в качестве основания недействительности договора поручительства19.

Если служебная (трудовая) связь между поручителем — физическим лицом и заемщиком — юридическим лицом трактуется Верховным судом РФ как не влияющая на законность договора поручительства, то хозяйственная связь между поручителем и заемщиком, являющимися юридическими лицами, приобретает совсем иное значение.

Пример 11

Общество с ограниченной ответственностью обратилось в арбитражный суд с иском о признании договора поручительства недействительным, поскольку договор заключен в ущерб интересам истца в силу того, что заемщик, являясь единственным акционером и обладая 100%-й долей в уставном капитале поручителя, имел возможность контролировать деятельность поручителя и оказывать влияние на принимаемые им решения.

Судом был сделан вывод, что оспариваемый договор поручительства был заключен поручителем в ущерб своим финансовым интересам, и это стало возможным в силу того, что заемщик имел право в силу сложившихся обстоятельств контролировать всю деятельность поручителя, чем заемщик воспользовался, злоупотребив тем самым своим правом в ущерб экономической деятельности поручителя. Договор поручительства был признан ничтожной сделкой в силу статей 10, 168 ГК РФ20.

Оценка связи между сделками дается судами в зависимости от обстоятельств конкретного дела.

Пример 12

Суд рассмотрел иск акционера к акционерному обществу о признании недействительными взаимосвязанных договоров поручительства, заключенных обществом с банком.

Исковое требование обосновано следующими обстоятельствами: все оспариваемые сделки взаимосвязаны (заключены в ограниченный период времени, имеют одинаковый характер обязательств, одних и тех же кредитора и поручителя), что дает кредитору возможность одновременного предъявления к взысканию консолидированных требований в размере, превышающем 25% балансовой стоимости активов общества.

ВАС РФ указал, что кредитные договоры, в обеспечение которых подписаны договоры поручительства, заключены банком с разными заемщиками и порождают самостоятельные права и обязанности. За надлежащее исполнение обязательств каждым из заемщиков общество несло ответственность как поручитель.

Доказательств наличия у договоров поручительства единой хозяйственной цели, их взаимовлияния и взаимозависимости, позволяющих сделать вывод о взаимосвязанности оспариваемых сделок, истцом не представлено, поэтому отсутствуют правовые основания для применения положений закона «Об акционерных обществах», регулирующих порядок заключения крупных сделок. При таких обстоятельствах в иске было отказано21.

Продолжение следует


1 - Постановление ФАС Дальневосточного округа от 08.05.2007 Ф03-А51/07-1/1328.

2 - Определение ВАС РФ от 13.03.2008 № 16784/07.

3 - Определение ВАС РФ от 28.02.2007 № 1693/07.

4 - Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2008 по делу №7АП-955/08 (А45-11671/2007-33/330).

5 - Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 22.05.2008 № Ф04-3131/2008 (5309-А45-13).

6 - Определение ВАС РФ от 18.08.2008 №10561/08 по делу № А45-11671/07-33/330.

7 - Постановления ФАС Московского округа от 18.11.2004 № КГ-А41/10501-04-П; от 17.11.2004 № КГ-А41/10498-04-П.

8 - Постановление ФАС Дальневосточного округа от 09.08.2005 № Ф03-А24/05-1/2691.

9 - Утверждено приказом Минфина России от 29.07.1998 № 34-н.

10 - Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 23.03.2009 №А53-8780/2008-С1-33.

11 - Определение ВАС РФ от 23.05.2007 № 5854/07 по делу № А08-9724/06-31.

12 - Определение ВАС РФ от 19.06.2008 № 7360/08.

13 - Постановление ФАС Уральского округа от 29.08.2006 № Ф09-7551/06-С4 по делу № А50-42599/2005-Г8.

14 - Решение Дзержинского районного суда г. Волгограда от 05.03.2009 № 2-1527/09.

15 - Постановление Арбитражного суда Волгоградской области от 18.02.2005 № А12-31899/2004-С16-V/С23; постановление ФАС Северо-Западного округа от 20.04.2005 № А21-6630/03-С2.

16 - Определение Верховного суда РФ от 17.02.2009 № 24-В09-1.

17 - Пункт 11 информационного письма ВАС РФ от 26.01.1994 № ОЩ-7/ОП-48.

18 - Постановление Волгоградского областного суда от 11.06.2009 по делу по иску Климова С.Ю., Климова Ю.В. к ОАО КБ «РусЮгбанк», ОАО «Влада-Авто» о признании договоров поручительства недействительными сделками.

19 - Определение Верховного суда РФ от 17.02.2009 № 24-В09-1.

20 - Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 28.08.2008 № Ф04-4947/2008(9734-А67-39); Определение ВАС РФ от 17.02.2009 № 16065/08.

21 - Постановление Президиума ВАС РФ от 21.10.2003 № 10030/03.

 
 
 
 
Другие проекты группы «Регламент-Медиа»